Агентство Пинкертона [Сборник] стр. 265
усталость… если только они заподозрят!.. Что еще? — Ехать, скрываясь от Молли? Скрываться под ударами неисчерпаемых случайностей, бросающих нас на путь человека, которого мы хотим избежать! Молли — это почти так же страшно, как Сайлас. Сайлас и Молли — они его стерегут, еще не зная зачем… Какая жестокая путаница!
Крейн жил когда-то не ошибаясь и не боясь, как должен жить американец и мужчина. С тех пор, как он носит голубую карточку в кармане, он научился бояться будущего и своих мыслей и человеческого взгляда; и вот теперь он боится женщины… Проклятье!
Крейн прижал горящую голову к холодной и грязной подушке.
— Все скоро кончится, потому что продолжаться не может… От этой мысли стало легко. Он заснул.
Крейн, стряхивая утренний сон, вбежал в комнату Молли.
— Вы звали?
— Тише…
Виском и ладонями Молли прижималась к дощатой стене. За стеной слышался плач, вздохи и жалобный женский голос.
— Ох, несчастный мой муж!.. Сами они теперь говорят… этот человек, — говорят они, — ни в чем не виновен. Ох, мистер Киннер, почему же, почему же, если он не виновен…
Рыдания.
— Не виновен! — жестким голосом сказала Мэг Киннер, — ну, это, голубушка, не основание для того, чтобы выпустить человека из тюрьмы.
— О, бедный Стефан!.. Вы так добры, мистер Киннер… Если бы только как-нибудь смягчить мистера Мак-Парлан-да…
— Вы слышите, — Молли стиснула локоть Крейна, — второй раз — это имя!
— …И подумать только о тех, о других невинных, которых несчастный мой муж…
— Видит бог, — перебил низкий мужской голос, — видит бог, Анна Адамс, я делаю все, что могу. Завтра я вас отправлю домой. Очень возможно, что с вашим мужем не случится ничего дурного.
Анна Адамс плакала.
— Матушка, — с оттенком отчаяния проговорил мужской голос, — потолкуйте вы с ней. Что я могу? И… и приютите ее до завтра. Держали женщину в тюрьме неизвестно зачем, а потом сразу — на улицу! Разве можно?..
— Завтрак тебе приготовлен внизу,
Джорджи Киннер, — сказала старуха.
Когда Молли вошла, Мэг Киннер у стола быстро перетирала посуду. В углу сидела женщина, закрыв руками лицо.
— Миссис Киннер, — сказала Молли спокойно, — я кое-что слышала, потому что здесь очень тонкие стены… Я только хочу сказать, миссис Киннер, что моя комната как раз хороша для двоих…
«Как она неосторожна», — за стенкой подумал Крейн.
Он не знал, что в это мгновение Молли, поверх своих слов, смело смотрела в прищуренные глаза Мэг Киннер, и старуха, минуя слова, одобрительно постучала ногтями по дну опрокинутой чашки.
Молли отвела осторожно желтые руки Анны Адамс от ее худого заплаканного лица. Она подняла ее, обхватив за плечи, и, обнимая за плечи, увела с собой.
— Сядьте. Этот человек — мой друг, его не надо бояться. Не плачьте. И расскажите мне все. Говорите тихо. Не плачьте. Я хочу вам помочь.
Лицо женщины стало тверже.
— Я верю вам, мисс… Я расскажу… — Она замолчала, опять оглядываясь на Крейна.
— Вам все-таки лучше уйти, — тихо сказала Молли.
Крейн взглянул на часы и ужаснулся. Кэри! Жаль расстаться с Анной Адамс, но Кэри!
В холле Джордж Киннер, крупный, расплывшийся человек, надевал, отдуваясь, пальто.
— А!.. Постойте… Вы и есть тот, который приехал с молоденькой мисс? Матушка мне рассказала… Так вот, — свиданий, понимаете, никаких; пока даже