Агентство Пинкертона [Сборник] стр. 269
волны и круги. Невозможное желание поднималось к горлу, готовое проступить словами, смысл которых был еще неизвестен. Крейн не слышал, как дверь отворялась, осторожно звеня железом, но, когда Кин-нер взял его за плечо, он очнулся — в поту, с расслабленными коленями. Он только что понял, что хотел сказать
Хейвуду — все. Что стоило Киннеру запоздать на мгновенье…
«Я, должно быть, сойду с ума», — подумал Крейн.
В последний раз Хейвуд сжал его руку.
— Я тебя назначаю душеприказчиком.
В меблированных номерах Мэг Киннер Крейна ожидала записка.
«Я не могу вас ждать. Я отказалась от мысли добиться свидания. У меня в руках документ, который немедленно нужно отвезти Ричардсону.
Молли».Старуха Киннер просунула голову в дверь.
— Она уехала час тому назад, мистер.
— А Анна Адамс?
— Анна Адамс тоже уехала. Она уехала, мистер, но сперва она попрощалась с мужем.
Старуха захлопнула дверь.
ГЛАВА VII. ПРИЗНАНИЕВажное поручение. — На трибуне. — «Мы постараемся вас развлечь». — Стенографистка.Агент № 43. Отчет.
г. Виктор, штат Колорадо, 24 августа 1905 г.
Дорогой сэр,
Смит сказал мне вчера, что в чикагский «Фонд защиты представителей труда» поступило уже двести тысяч долларов. «Голос рудокопа» пишет в последнем номере: «Если бы для нашей цели понадобился миллион, — мы собрали бы миллион, не задумываясь». Из- адвокатов по-прежнему называют Дарроу и Ричардсона. К началу процесса в Боиз следует ожидать большого наплыва разных лиц, и в том числе членов союза, высланных за пределы Колорадо.
В Викторе — ничего достопримечательного, если не считать, досадного происшествия с Д. К. Сайласом, агентом 5. Частыми посещениями телефонной станции (что, между прочим, противно инструкции) он возбудил подозрительность рабочих. Им удалось установить, что его соединяют с Гавкинсом, директором завода «Стандарт». К счастью, никому, не пришла в голову мысль о нашем агентстве; его просто сочли наемником администрации и приказали убраться как можно дальше. Я приехал как раз из Идаго и на вокзале встретил толпу, провожавшую Сайласа к поезду. Сначала они хотели обойтись без шума, но не выдержали и немного избили его после первого звонка. Чтобы не подать повода к подозрениям, я, со своей стороны, был вынужден, сэр, ударить его раза два или три довольно сильно. Рабочие полагают теперь, что они восторжествовали над администрацией.
С совершенным почтением № 43.
— Крейн, — сказал Мак-Парланд, — я опять вызвал вас в Денвер, потому что случилось несчастье. Я не говорю уже о неудачах и неприятностях вроде смерти моего стенографа или неприличной истории с Сайласом (его пришлось спешно отправить в Чикаго), но сверх того случилось несчастье…
«Он все-таки очень стар», — подумал вдруг Крейн, разглядывая толстые усы
и морщины управляющего Денверской областной конторой.
— … замечательный документ, добытый моим учеником Кэри и доставленный вами…
— Похищен, сэр?!
— Нет, он не похищен и никогда не будет похищен, потому что он в высшей степени бесполезен.
— О?!
— Да. Я получил показание Адамса 21 августа. 20 августа стряпчий Ричардсон получил его противопоказание. Эту бумажку, в которой меня выставляют клеветником, Адамс, по-видимому, успел передать жене на последнем свидании. Инспектор Гудинг — осел! Он не переставал уверять меня в том, что Адамсы, муж и жена, вполне безобидные животные. Теперь Ричардсон достает для Адамса приказ Habeas Corpus. Крейн, вы уяснили себе значение того, что произошло?
— Я полагаю, сэр,