Библиотека

Агентство Пинкертона [Сборник] стр. 52

Размер шрифта
-
+
Тема

«Молли», быть может, были детской игрой по сравнению с планами, взлелеянными… взлелеянными сейчас Федерацией рудокопов. Прошу вас, джентльмены, заметьте себе эту фразу: детской игрой…

— О, сэр, — сказал Кэри с оттенком испуга, — три года вы работали над раскрытием дьявольских преступлений, которые были детской игрой… Сколько же лет?..

— Кэри, вы хороший работник, но вы еще не знаете жизни… — Мак-Парланд глазами прошелся по полю календаря, усеянному черными и красными датами; какому-то из черных чисел он приветливо кивнул головой.

— Очень возможно, что я раскрою тайный кружок рудокопов… в три недели… — сказал Мак-Парланд и потрогал рукой усы.

— Без всякого сомнения, сэр, — ответил Кэри и тоже потрогал рукой усы.

* * *

— Произнес он им речь, черт возьми, по всей форме, со всеми десятью заповедями из Гомперса. «Не ставь свой профсоюзный билет выше национального флага». Фу ты! Это им так понравилось, что они тут же прокричали «ура»!.. Хоть бы ты своего старика на замок запирала, Молли.

Молли только что вошла в помещение рабочего клуба.

— Оставьте ее, — сказал Крейн Гейсу, — она сейчас заплачет.

— Мой старик, — Молли не оглянулась на Крейна, — по крайней мере, честный человек. Тем хуже… потому что когда-нибудь он поймет.

— Ладно. Ты хотел сказать что-то, Мангон?

Мангон был тяжеловесен и молчалив. Он расстегивал на груди рубашку и часто обтирал большим платком лицо.

— Я уже сказал. Во-первых — дело плохо. Во-вторых — надо продолжать это дело.

— Да, да. Что-то было еще… Да, пособия, Крейн.

Крейн движением головы указал брошенную на стол бумагу.

— Да, — смета. Я мало тут смыслю… но только вы ошиблись, — это слишком хорошо, Крейн!

— Я повторяю, — Крейн говорил раздельно и утомленно, как говорят с людьми, мешающими серьезной работе, — все цифры…

— Гейс! — перебила Молли.

Всякий раз, как говорить начинала Молли, Крейн испытывал внезапное беспокойство.

— Гейс, знаете, где я была? Товарищ из Денвера приехал.

— О! Что ж ты молчишь?

— Мы с ним говорили. Я не сказала сразу, потому что… мне вдруг стало обидно… за старика. Глупости, Гейс. Товарищ из Денвера спрашивает обо всем и о пособиях. Он придет.

Крейну казалось, что люди из Денвера все похожи на Хейвуда. Крейн повернулся лицом к окну; ему нужно было приготовить свои нервы и лицо к отступлению. Гейс вышел из комнаты.

«Провал!» — тоскливо подумал Крейн и взялся руками за раскрытые створки окна, — «так скоро…»

— А мы как раз спорили тут о размерах пособий, — говорил Гейс, возвращаясь с новым секретарем союза плавильных рабочих № 125, — я уверен… Федерация не выдержит двух с половиной долларов в день.

— Отчего же? — немного ленивым

голосом сказал секретарь. — Я уже говорил с рабочими. Превосходно. Стачечный фонд Федерации настолько окреп, что… ваша смета потребует самых незначительных сокращений…

Знакомым голосом говорил секретарь.

Крейн обернулся и посмотрел глазами лунатика. Он увидел помещение рабочего клуба с дощатыми стенами, большой стол, на котором лежали шахматы и смятые газеты… Он увидел, что Гейс расставил треугольником тощие ноги, что Мангон вытирает шею платком, что Молли внимательно следит за тем, как у стола с шахматами и газетами Даниэль Сайлас, агент № 5, читает смету пособий, составленную агентом № 43 — Крейном.

Крейн дошел до стола и сел, сосредоточенно думая о своем лице, которое должно было

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.