Аид. Любимец судьбы стр. 55
почему эти твари служат Повелителю Времени. С одной головой, с двумя, с семью, есть такие, что голов за полсотни, но эти – редко… С алмазными когтями, в плотной каменной броне, половина выдыхает огонь, некоторые так просто очень кусачие…
«А вон там великаны, это от их шагов подрагивает земля. Слышишь, невидимка?»
Слышу. Выплодки первых титанов, а иногда и самой матери-Земли, отростки гор, с гор и спустились, на дубины себе выворачивают целые деревья, мозгов – с кулак, а злости – с два Олимпа у каждого. Племен немного, все больше в одиночку живут, явился я как-то в одно южное племя знакомство завязывать – спасибо четверке, удрапали от такого знакомства. Аластор, Эфон, Никтей, Орфней – сроду так не носились, будто поняли приветствие вожака: «Ну, этого в лепешку, а кони – это хорошая похлебка получится!»
«Тс-с… это подземные твари, маленький Кронид. Рассказать тебе о них?»
Я сам могу о них рассказать – навидался за время сидения в отцовской утробе… Из глубинных пещер, из болот и трещин в земле, из вулканов – выползают чудовища, порожденные неизвестно кем: их родители нечасто хвалятся таким родством. Гидры с пятью, девятью, двадцатью головами, крылатые змеельвы, каменные волки и родственники Гелло, девушки-змеи с когтистыми руками, охочие до чужой крови, – откуда столько наползло на зов Крона? Говорят, что многие – из подземного мира, обители Эреба и Нюкты, места обитания ночных богов и теней умерших, куда никто по доброй воле не сунется. Вышли, мол, из тамошнего огненного мрака и ядовитых болотных испарений, – может, так, я в этот мир не спускался, не знаю…
«Это лапифы… это демоны и мелкие божки, вставшие на сторону Повелителя Времени… нет, неинтересно… ах вот, титаны…»
Во тьме и запахах полыни бредут высокие фигуры. Дети Урана и Геи. Потомки детей Урана и Геи. Шагают решительнее всех – усмирять бунтовщиков. Грузный Менетий тащит осколок скалы, Атлант едва ли не касается макушкой неба и усмехается брезгливо: не по душе ему битва, на уме – жена и дочки. Титий, сторукий гигант Эгеон, вещий Япет – этот кажется, вообще просто посмотреть, он же утверждал, что соваться в битву не будет, потому как вещий… Кто помладше, пониже ростом – тех знаю не всех, хотя кое с кем встречались и оставили друг другу хорошие зарубки на памяти: я – мечом, они – палицами и копьями.
«Смотри, маленький Кронид. Слушай меня…»
Ночь была муторной и длинной.
Утро зато выдалось на славу: Гелиос твердой рукой отпихнул с неба сестрицу и решительно позолотил своей колесницей небосклон. Полынь умылась росой и приглушила запах – травы смотрелись в бледную синь неба.
Травам не было интересно, что совсем скоро они будут примяты двумя войсками, испятнаны разной кровью – черной, алой, прозрачным бессмертным ихором.
Ничего, пренебрежительно молчали травы, отрастем.
Афина стояла чуть позади отца – и все-таки впереди остального войска. В центре. Прямая как стрелка, гордая и не собирающаяся оглядываться на лагерь, где осталась ждать встревоженная Фемида. Нипочем не скажешь, что перед рассветом дочь Зевса совсем не по-взрослому носилась по лагерю, одурев от чувства грядущей битвы, и изматывала солдат: «А где вы расположитесь? А разве рядом с кентаврами не сатиры? А я бы