Академия хаоса. Когда рушатся стены стр. 177
меня? – спросила Королева, и теперь я тоже видела в ней Миранду.
Немного другую – чуть более открытую, игриво улыбающуюся, в прозрачных одеждах, не скрывающих стройного тела, и с короной на белых волосах.
– Да, – ответил Джаф. – Да, я поцелую тебя, Миранда.
***
Он обнял ее тонкую талию, а белые нежные руки обвили его могучие плечи. На миг мне стало неловко, как будто я подглядывала за поцелуем подруги. Их губы слились, и золотое сияние закружилось вихрем, окутывая обоих.
Слезы шипели на моих щеках, я вышла из-за развалин и почти рефлекторно сложила знак кокона свободной рукой. Огонь окружил меня, но сквозь пламя я видела, с каким упоением Джаф целует Миранду, и она тоже льнула к нему как вьюнок к мощному дереву.
А вдруг ничего не получится? Вдруг жертва Джафа будет напрасной?
Золотой смерч стал ярче, сила потекла в королеву, и она привстала на цыпочки, чтобы не упустить ни капли магии.
Так же она целовала и Родерика когда-то, забирая огонь, но он сумел его вернуть. Но если магия Джафа – это жизнь, то отдав все и даже больше, как собирался, он неизбежно умрет!
– Остановись, – прошептала я.
Королева тоже как будто насытилась: уперлась узкими ладонями в смуглую грудь, подалась назад. Джаф обнял ее крепче, а второй рукой обхватил затылок, зарываясь пальцами в белые волосы.
Золотой вихрь анимагии кружился, шелковые пряди Миранда развевались. По подбородку Джафа стекала кровь, ярко-красная в сером тумане.
– Джаф, хватит! – взмолилась я.
Что-то кинулось на меня из хаоса и отскочило прочь, обжегшись огнем, но я почти не обратила внимания.
Джаф сгреб ладонью грудь королевы, впился губами в ее рот. Его смуглая кожа бледнела, точно вместе с жизнью из него уходили и краски. Спотыкаясь, я шла к ним, почти ничего не видя из-за огня и слез.
А потом хаос вздрогнул и словно качнулся волной. И еще раз. Тук-тук.
Королева застонала и оттолкнула Джафа, схватилась рукою за грудь.
Снова толчок, тяжкий стон – будто сама земля его исторгла, и хаос ритмично вздрогнул. Тук-тук.
Джаф покачнулся и упал, точно срубленное дерево.
– Любимый мой, – прошептала королева и опустилась на колени с ним рядом. – Я убила тебя. Опять…
Теперь она не была похожа ни на Миранду, ни на мою мать: темные глаза, вздернутый нос, крупный рот, перепачканный кровью.
– Я не хотела… Я не хотела! – выкрикнула она, гладя дрожащими руками его лицо.
Тук-тук.
Я подошла совсем близко. Быть может, я не должна ее убивать? Теперь ее сердце бьется, значит, королева живая…
Ее черты опять поплыли в тумане, она поправила сползшую набок корону и, поднимаясь с колен, глухо сказала:
– Этому миру незачем быть без тебя.
Обронив фонарь, я швырнула пику огня.
Она вошла точно в грудь королевы, и я бросила пламя снова. Огонь яростно рвался из моих пальцев, как никогда раньше. Как будто я стала гораздо сильнее. Как будто рядом со мной стоял Родерик, и я черпала его огонь.
Хаос дрогнул в последний раз, и королева, истошно завыв, вспыхнула как огромный факел. Я видела в пламени меняющееся лицо: Миранды, мамы, Джеммы Кристо, мое собственное. Черный дым растекся прожилками по туману, хлопья пепла, крупные, как вороны, летали вокруг. Королева кричала