Академия Хаоса. Лабиринт стихий стр. 157
Мой отец путник.
— О, — слегка удивился мастер Изергаст. — Тогда знаешь что...
— Помню, — перебила я его. — Тихое прохладное местечко.
Он усмехнулся и открыл перед нами дверь.
— Найдите свою дорогу, — сказал он, и мы с Мирандой, взявшись за руки, шагнули в туман.
***
Родерик остановился в тени дерева, прислонился спиной к стволу, спрятав руки, сжатые в кулаки, в карманы. Пусть магии у него больше нет, но инстинктов воина никто не отобрал. Опасность была где-то рядом, хоть он пока и не мог ее разглядеть.
Вокруг были радостные взволнованные лица, трепыхались на ветру цветные флаги, веселая мелодия лилась над накрытыми столами, где уже поднимали тост за удачное прохождение Лабиринта, но Родерику все это казалось картонной декорацией, прикрывающей изломанную сцену, платьем невесты, в которое обрядили труп.
Черные столбы дыма исчезли, но он все еще чувствовал запах гари, как будто въевшийся в кожу. Охота начнется сегодня. В патруле ждали лишь Моррена. Надо бы проследить, чтобы он не рванул к Стене раньше времени.
Родерик вынул из кармана портсигар, открыл и закрыл крышку.
Миранда наконец получит огонь. Или нет. Джаф станет анимагом уровня мастера. Или сорвется и превратится в тварь. Арнелла... За нее он волновался больше всего, хотя, объективно, какая разница, что за стихию она получит? Огонь? На это он и не надеялся. Воду? Джемма сказала, что нет. Анимагию? Очень может быть. В ней была природная сила и красота. Воздух? Не хотелось бы. Вокруг нее и так слишком много Тиберлонов. А может, Арнелла Алетт станет некроманткой? Тогда им с Изергастом вновь придется соперничать из-за женщины. Он прикрыл веки, пытаясь представить ее с белыми волосами.
— Это все из-за вас.
Родерик открыл глаза и увидел перед собой мать Арнеллы.
На розовой юбке грязь, волосы растрепаны, глаза опухли от слез. Кармелла покивала, некрасиво кривя рот.
— Это вы во всем виноваты.
Она ткнула его в грудь пальцем с острым ноготком.
Родерик выпрямился, оттолкнувшись от дерева, шагнул к женщине.
— Если бы вы не были таким упрямым ослом, то моя девочка осталась бы со мной! — выкрикнула Кармелла ему в лицо. — Вы должны были запечатать ее сразу же! Должны были!
— Дорогая, успокойся, — Энцо приобнял ее за плечи, пытаясь увести, но Кармелла разрыдалась еще горше.
Ее плач прозвучал фальшивой нотой во всеобщем веселье. Или был единственной верной?
— Подождите немного, и она выйдет, — сказал Родерик, но тяжелое предчувствие сжало его сердце.
Кармелла вырвалась из неуверенных объятий Энцо и кинулась на Родерика с кулаками.
— Это все вы! Вы! Вы виноваты!
На них стали оборачиваться, и Родерик перехватил ее запястья, легонько встряхнул.
— Скажите толком! — потребовал он. — Что случилось?
— Ее отец путник, — обронил Эммет, подходя к ним. — Вообще-то я обещал не говорить, но обстоятельства изменились.
Он попытался приладить оторванный рукав, провел пятерней по растрепанным кудрям.
— Как путник? — нахмурился Родерик. — Я видел ее дело...
— Ну, знаете, как это бывает. В деле одно, на деле другое, — пожал плечами Эммет, и дырка разъехалась шире, обнажив крепкое плечо. — Меня больше заботит подделка документов. Арья