Академия Хаоса. Лабиринт стихий стр. 203
ходить вдвоем, — ворчал он. — Хотя это было неплохо, Родерик.
Братья Тиберлоны тоже оставались у Стены до последнего. Старого Тиберлона наверняка приставят к посмертной награде: без команды поддержки, прибывшей ночью, патруль бы не устоял. А его племянники, оплакав дядю, без устали творили воздушные подушки для переправки больных и тел погибших и поддевали Эммета, веселясь как припадочные. Обычная реакция: смерть прошла мимо, дохнув в лицо, и теперь жизнь чувствуется острее.
— Сходить за Стену, чтобы постричься, — высший пилотаж, — Вильям Тиберлон, которого напичкали эликсирами, уже почти оправился, хоть и выглядел бледнее чем брат.
— Плата — один лишь поцелуй твари, — подхватил Киллиан и, вытянув губы трубочкой, причмокнул.
— Стильно, модно, и есть чем похвастаться перед дамами, — не отставал Вильям.
Эммет досадливо ощупал бритую половину головы и шрам над ухом.
— Вам бы тоже не помешало обзавестись особой приметой, — проворчал Рурк. — А то небось девчонки путаются.
— Так это же хорошо, — подмигнул Киллиан. — Там, где повезет одному, перепадет и второму.
— Шрам ведь остался, — ахнул Вильям и, задрав драную рубашку, пропитанную кровью, обнажил крепкий пресс и розовое пятно под ребром. — Эммет! Не мог залечить нормально?
— Ты, как целитель, должен был отсосать яд, — укорил Киллиан.
— Нежно и тщательно, — кивнул Вильям.
— Соси сам, — просипел Эммет.
— Эммет Лефой, к тебе вернулся голос, — удивился Моррен и скомандовал: — Все, поехали отсюда. Мы сделали, что могли.
Они погрузились на голубую ладью с золотым парусом. Эммет бухнулся прямо на пол и через мгновение уже спал, свернувшись калачиком у борта. Братья Тиберлоны, переглянувшись, достали из-под лавки одеяла, накрыли парня одним, а второе аккуратно подложили под остриженную голову. Ладья всплыла так плавно, что Родерик даже не заметил, когда она оторвалась от земли.
Вспомнив о письме, достал конверт из кармана плаща.
Арнелла.
Родерик поколебался, но все же открыл. Развернув письмо и подсветив себе пальцем, бегло прочел первые строки.
«Арнелла.
Милая моя, нежная, любимая невеста. Если я не вернусь, то хочу, чтобы ты знала: я сделал все что мог, чтобы ты была в безопасности. Но я верю в лучшее, ведь теперь мне есть ради чего возвращаться. Твои губы такие теплые…»
Родерик смял письмо в кулаке, а когда развернул ладонь, в ней остался лишь пепел. Встретившись взглядом с Морреном, покачал головой, и тот понятливо прикрыл глаза.
Кевин оставил ей письмо. Заверил, что сделает все возможное. И она, в свою очередь, тоже решила пойти на крайние меры.
Теплые губы.
Горячий рот.
Сладкие стоны.
Родерик спрыгнул с ладьи, когда та еще не успела опуститься до конца и, махнув парням, быстро пошел к академии.
— Арнелла Алетт, — выпалил он, спуская с ладони бабочку, и та, взмахнув огненными крыльями, полетела к женскому общежитию.
Значит, Арнелла у него не осталась. Правильно, ведь жених вряд ли станет искать ее в доме столь уважаемого им мастера Адалхарда. Ревность кипела в его крови и заставляла сжимать зубы. Марлиза заслонила дорогу, открыла рот для какой-то тирады, но Родерик рявкнул:
— Потом!
Марлиза шарахнулась в сторону.
Никто не смеет становиться у него на пути.