Алекс и Алекс 5 стр. 104
числом, после заключения договора, это хороший тон? – вопросом на вопрос ответил парень.
Что было интересно, за спиной у него на полном серьёзе стояла то ли младшая сестра, то ли несовершеннолетняя подруга. В общем, продающая сторона напоминала скорее детский сад, чем серьезных партнеров.
Впрочем, передаваемый детским садом товар был не единожды проверен и вопросов не вызывал. Таможенная очистка, что интересно, вроде как тоже сделана по всем правилам, но тут не проверишь: этот муниципалитет сейчас на особом положении. Снаружи не вычислить.
Это, по большому счёту, и явилось основной причиной согласия на сделку.
– Ну-у-у, так у нас и договор устный, – словно задумываясь, пожал плечами покупатель.
После чего оглянулся на сопровождавших, вопросительно поднимая бровь и в самом деле что-то прикидывая.
– Вы не усматриваете разницы между подписанным документом и предварительным разговором? – вовремя подал сзади голос кое-кто из родственников.
– Знаете, там, где я учусь, говорят: пересматривать уже заключенные договора задним числом – это что обсуждать будущую войну. – Одетый в форму типа военной пацан как будто не смутился. – Мне неважно, устная ли была договорённость между нами, либо заверенная по всем правилам. Мы говорили, вы соглашались. – Почему-то он абсолютно не напрягся. – Мы спросили, вы согласились. Вы же не думаете, что наши логисты работают бесплатно? Или мы все просто поговорить сюда ехали? Хотите – иначе поговорим?
Тон продавца слегка изменился.
У покупателя мелькнула мысль, что за ситуацией сейчас стоит больше, чем ему кажется.
Опять же, в противовес осторожности, заблаговременно выставленные в паре ключевых мест наблюдатели никакой лишней активности вокруг не зафиксировали. Стало быть, никакой кавалерии себе в подмогу пацан ожидать не мог.
– Я бы всё же поговорил о какой-то скидке, – будто бы мягко, но достаточно безапелляционно продолжил покупатель.
Он только что решил рискнуть. В опасность двух подростков не давал поверить банальный расчёт (водители и кое-кто из логистического сопровождения – не в
счёт).
Вместо ответа своего спутника, стоящая позади пацана девчонка молча, демонстративно пожала плечами. И через секунду на каждой из её ладоней красовался шар перегретой плазмы.
– Пересматривать договорённости задним числом значит обсуждать будущую войну, – повторился парень, отзеркаливая нарочито мягкий тон покупателя и повторяя его же снисходительную улыбку.
Пигалица из-за его спины подошла поближе. Шары плазмы с её рук никуда не делись.
– Хотите, могу назвать свою фамилию, – словно скучая, предложила она. – Но предупреждаю сразу: если рассчитаетесь без дальнейшей болтовни, я сейчас даже не буду насчитывать вам один процент сверху за моё беспокойство. Это если мы, как договаривались, работаем анонимно.
– А если нет? – второго покупателя словно чёрт под руку толкнул.
– Если я вам сейчас скажу, как меня зовут, то не обижайтесь… – в голосе малолетки явно прозвучало что-то ещё. – Один процент будет только для затравки разговора. Верьте мне.
С этими словами малолетка запулила шар с левой руки за спины покупателям.
Полыхнуло знатно. Плюс волна горячего воздуха прошлась по волосам, словно жар из открытой двери сауны.
Пока достаточно немолодые мужчины рефлекторно оглядывались назад и поворачивались обратно, девчонка зажгла ещё один шар на ладони, вместо отработавшего первого.
Что продавец окажется одарённым либо из семьи одарённых, старший покупатель явно не рассчитывал.