Аленкин Астероид стр. 89
ни одного дела на Земле! Но теперь я захотела именно с ним поделиться своей мыслью.
Я бы так все и выложила Токаяме, если бы Читтамахья меня не опередил:
— Да, Токаяма-сан, важное. Передай Председателю, нам надо говорить с ним.
Антон Николаевич объявился не сразу, а объявившись, приветливо махнул рукой:
— Что новенького, Антуан? И ты, коза, здесь?
— Вот, дорогой друг. В архив нам пора. Подпирает юное поколение.
«Дорогой друг» вскинул брови:
— Ну уж, тебе ли плакаться? В тридцать четыре года Главный ТФ-конструктор… К» да же людям в сто семьдесят девять лет деваться?
Я боялась, они забудут обо мне и о деле. Но
Читтамахья поправил на мне воротничок, сдул какую-то пылинку:
— Говори, Алеунушка…
Я, запинаясь объяснила свою идею про заимку. Председатель Совета перебил меня лишь раз — попросил Токаяму отложить на четверть часа намеченный прием. А после третьей фразы, как я заметила, включил запись. Я осмелела и под конец излагала мысли вполне связно.
— Значит, хочешь Солнечную систему сделать домом?
— Человека нигде в мире не должна подстерегать опасность. — Я облизала сухие губы. — А мир наш теперь — вся Солнечная система…
— Широко мыслишь!
По тону председателя Совета я не поняла, одобряет он мою идею или нет.
Почему-то показалось, не одобряет. Ведь такое, как с дядей Исмаилом, происходит раз в тысячу лет. Стоит ли впустую тратить силы? Только я подумала об этом — и тут же загорячилась:
— Ну, если невыгодно использовать на маяки безопасности все небесные тела, то я прошу разрешения сделать это хотя бы на одном. Я верну космосу мой личный астероид — подарок Псмаила Улаева.
Воображение опять занесло меня, и я забыла, где нахожусь.
Мне представилось, как дети выпускают на безопасные орбиты сотни плененных астероидов.
Как голубей во время праздника.
Как зеленые маячки надежды.
Сотня астероидов — сотня маяков безопасности.
Тысяча астероидов — тысяча заимок.
Тысяча заимок — тысяча памятей о дяде Исмаиле…
Председатель Совета чуть помолчал, прикрыв глаза. Потом вдруг улыбнулся:
— Эх, дети, дети… Когда это вы успеваете вырасти?
Я неопределенно пожала плечами. Такой вопрос не приходил мне в голову. Я вообще считаю его странным.
— Я ничего не обещаю, — продолжал он. — Ты ведь понимаешь, это за пределами моей власти. Совет не занимается такими проблемами. Это дело всего человечества. И мы должны его убедить.
Я испугалась:
— А как?
— Вот, может, выступишь по видео… Денька через два. Или нет, через три… Лучше через три… Хватит тебе трех дней на подготовку?
Откуда я знаю, хватит или нет? Разве я когда-нибудь выступала перед всем человечеством? Послезавтра суббота. А в воскресенье Праздник Солнечных Парусов.
Я махнула рукой и выбежала из избы. Перепрыгнула вязанку хвороста. Остановилась под кедром. Погладила рукой теплую кору. Рядом с ним я словно божья коровка. Словно муравей. А он вместе с другими деревьями меня, царя природы, оберегает. Жизнь мою защищает. Как и муравьиную, кстати.
И божьей коровки тоже.
Человек возле дома всегда сажает деревья, разбивает сад.
Дом без сада — неуютная нора. Дерево — друг человека.
Я хочу, чтобы Солнечная система была домом для всех людей. Но что за дом без сада? Надо научиться выращивать в космосе яблони, березы, кедры. Чтоб жили в космической пустоте