Алиса в стране любви стр. 24
моего ранчо.
– Здесь ты права. Но деду есть. В память об умершем друге. И решение вопроса – в моих руках.
Алиса не знала, как поступить: не поедет с ним – потеряет ранчо, а поедет… Вдруг это действительно ее шанс?
– Если я поеду с вами, что это даст?
– Я постараюсь убедить деда, что контракт невыполним, выпишу чек для покрытия задолженности, передам ранчо в твои ручки и постараюсь забыть, что мы когда-либо встречались.
– И вы сможете это сделать?
Лукас вовсе не был уверен в успехе, но было не время делиться с ней своими сомнениями.
– Да, – ответил он с убежденностью, которой вовсе не испытывал.
– И начнете с моего похищения?
– Ну, разве это похищение? В конце концов, разве ты не моя нареченная?
– Я вам – никто.
– Ты права. Мы теряем время, поэтому решай – едешь ты со мной или нет.
– Если я поеду с вами, – Алиса старалась, чтоб ее голос не выдал растерянности, – мы должны оговорить ряд…
– …условий?
Голос Лукаса был бархатистым, но в этот бархат было завернуто острое лезвие.
– Именно.
– Например?
– Вы будете относиться ко мне с уважением.
– Принято.
– Вы не будете прикасаться ко мне.
Лукас рассмеялся.
– Вы находите это смешным? Вы считаете, что можете… целовать меня, когда вам захочется?
– Это условие невыполнимо. И вообще – слишком много условий и оговорок. Едешь или нет?
По телу Алисы прошла дрожь. Ехать с ним – безумие…
– Нортон! Сам отдашь ключ или мне отобрать его у тебя?
Из темноты прямо в руки Лукаса упала связка.
– Время принятия решения, amada. Я уезжаю, с тобой или без тебя.
Алиса не могла пошевелиться, а Лукас уже садился за руль.
– Мне надо собрать вещи, – торопливо сказала она.
– Какие вещи?
– Зубную щетку. Одежду… – с отчаянием в голосе ответила она.
– Купишь все по дороге, я оплачу.
– Сумочка, кошелек, страховка. Паспорт!
Лукас расхохотался.
– Да или нет?
Алиса облизнула пересохшие губы. Звучало так, как будто у нее есть выбор. При звуке заводимого двигателя ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Она стремительно распахнула дверцу и села на пассажирское место.
– Только учтите, – ее голос дрожал, – если бы был, хоть какой-то другой шанс, я бы никогда не села в машину.
– Хорошо сказано, даже если это неправда. Машина уже отъехала от дома, оставив на крыльце растерянного адвоката.
– Алиса!
– Что?
– Есть ли какая-нибудь другая дорога в аэропорт, кроме той, по которой я приехал утром?
– Вы имеете в виду дорогу, на которой вы выступили полным ослом?
Машина резко остановилась, подняв облако пыли.
– Я не потерплю оскорблений и насмешек.
– А
как насчет того, чего не потерплю я? Ваших злобных измышлений и попыток соблазнить меня…
Она оказалась в его объятиях раньше, чем договорила. Он накрыл ее рот в поцелуе, который она уже знала, – быстром, жарком, глубоком. Он целовал ее так, как будто контракт был выполнен, и она принадлежала ему.
И тут Алиса заплакала. Должно быть, он почувствовал соленый вкус слез, потому что характер поцелуя изменился. Она чувствовала жар его тела, его возбуждение и таяла. Она так долго противостояла жизни одна, а ей так хотелось опереться на сильное плечо…
Он прошептал что-то по-испански. Она ощутила, как его губы приникают к пульсирующей жилке