Алтарь стр. 112
вытряхивая из нее последние крохи. Еще щепотка, еще одна… Еще несколько крупинок… Все!
Громко взвизгнув, ведьма провалилась в темную воду, заколотила по ней руками.
— Совсем забыл сказать, — пробормотал для нее маг. — Если заговоренной пыли не хватает от берега до берега, мост мгновенно разрушается.
— Я-а… А-а! Тону! — Течение быстро уносило девицу под мост.
«Октябрь, — мысленно отметил Пустынник. — Вода, наверное, градуса три или четыре. В такой больше пяти минут смертные не выживают. А за пять минут до нее никто добраться не успеет».
Впрочем, даже пять минут было слишком оптимистичным сроком. Пальто из дорогого французского кастора должно было намокнуть мгновенно, утянув свою обладательницу в ледяную глубину. Сапожками с узкими носками особо не погребешь, а снять их в воде не так-то просто. Никаких шансов.
Пустынник развернулся, пересек проезжую часть, открыл машину.
«Демон! — донеслось до его внутреннего слуха. — Демон, что делать?!»
— Ну ты как хочешь, — пожал плечами колдун, — ты как хочешь, а я сматываюсь.
Он завел мотор и вырулил на набережную.
Дело было закончено, заказ Изекиля выполнен. Когда Великий убедится в том, что все сделано правильно, можно будет напомнить об оговоренной плате. Пустынник успел присмотреть в здешних музеях несколько действительно уникальных предметов… И все-таки внутри него что-то продолжало свербить, напоминая об одном дурном и никому не нужном, но все-таки талантливом существе.
Колдун вдавил педаль газа, разгоняясь по набережной заметно за сто километров, пока это позволяла «зеленая волна», за пять минут промчался до поворота на Шкапина, а еще через минуту затормозил возле Смольного. Выскочил, поднялся на второй этаж, без стука войдя в кабинет заместителя председателя.
У Тани шло какое-то заседание. Три женщины и двое мужчин удивленно повернули к нему голову. Однако колдун не отступил:
— Простите, пожалуйста, но это очень срочно. Можно вас на две минуты?
— Извините, товарищи… — Татьяна обошла стол, вышла к нему в приемную, притворив за собой дверь. — Что случилось?
— Ничего, — тихо ответил Пустынник. — Просто мне показалось, что если я не увижу тебя сейчас, в эту минуту, то умру на месте.
— Дурачок ты, Толя. — Она погладила мага по голове, поцеловала. — Никуда я от тебя не денусь.
— Скажи это еще раз.
— Я никуда от тебя не денусь, мой любимый чародей. Теперь ты успокоился?
— Не знаю. — Колдун внимательно поглядел ей в глаза. — Слушай, а ты можешь выполнить одну мою очень глупую просьбу?
— Какую?
— Ты можешь на протяжении трех минут говорить о карандаше?
— Могу, — рассмеялась Таня. — А зачем?
— Попробуй.
— Ну, — потерла нос женщина. — Карандаш, он сделан из дерева и грифеля. Бывает окрашен в разные цвета. Им пишут по бумаге. Белой бумаге с буковками. Я сегодня этих бумажек написала не меньше десятка. И карандашом, и ручкой. Это та, которая с чернилами. Они бывают гусиные, шариковые, перьевые. Мне на юбилей работы с золотым пером подарили…
Пустынник остановил ее, положив палец на губы.
— Что? — удивилась Таня.
— Ничего. Я очень тебя люблю.
— Я тебя тоже.
— Я афишу спектакля одного встретил. «Хрустальный зверинец». Я его только на английском языке видел. Сходим сегодня?
— Конечно. А теперь извини, меня ждут.
— Разумеется, иди… — отпустил он Таню. Сам отошел к окну, прижался лбом к стеклу. — Проклятие! Эта русская земля словно пропитана каким-то ядом. Еще немного, и я начну говорить о совести…
Он резко оттолкнулся, вышел из приемной и, небрежно насвистывая, побежал по ступеням вниз.
Глава четвертая
Санкт-Петербург, улица Большая Морская, фитнес-клуб «Сильфиджа»,17 ноября 1995 года. 11:30Лена заглянула в комнату, окинула ее тревожным взглядом:
— Леша, ты где? Леша! — Однако тут до ее слуха донесся слух льющейся воды, и девушка с облегчением повернула к ванной, приоткрыла дверь и торопливо скользнула внутрь, не давая брызгам наплескаться в комнату. — Леша, ты чего?
— Чего-чего? — огрызнулся тот, подставляя лицо струям горячего душа.
— Ты чего убежал?
— А что, еще кого зарезать надо?
— Ты никого не зарезал, — покачала она головой. — Ты победил в честной схватке. Или ты, или он.
— А оно было нужно? — развернулся Дикулин. — Зачем убивать? Почему обязательно кого-то нужно убивать?! Что он вам сделал, ваш эмир? Надоел, наскучил? Значит, сразу на мясо?
— Потому, что ты стал моим избранником, Алексей. И должен был занять место эмира.
— А убивать? Убивать его зачем? Почему просто не отпустить, не прогнать, не уволить? На этой земле, что, мало места? Почему обязательно надо убивать?
— А что, много? — Лена шагнула к нему, оттолкнув к стене. — Ты это дедам своим расскажи, что в Отечественную кровью это место для тебя оплатили. Отцам своим скажи, что в Корее и Вьетнаме сатанистам силу