Алхимик 9. Отец стр. 139
раз я принял её на меч, и она слетела в сторону, угодила в стену и пробила её.
— Если это всё, то… — сказал я.
Старик оскалился и выставил вперед вторую руку.
* * *Стоя над обезглавленным трупом Основателя, я не чувствовал ровным счётом ничего.
Ненависть внутри недоверчиво притаилась, будто не верила, что месть свершилась. Я и сам не верил. Остались другие хранители. Да и эта драка в центре Лондона…
В последний момент схватки мы окончательно доломали этаж — потолок обрушился, а вместе с ним и часть стен. Надеюсь, никто не пострадал.
Прихватив тело, открыл проход и позволил броне зайти туда. Труп скинул в камеру, под печати, чтобы изучить потом.
А теперь… Пора домой.
* * *— Эдгард? — донёсся голос Кати из детской.
Изначально мы думали, что ребенок будет спать рядом с нашей кроватью. Но потом узнали, что детишек трое, и передумали. Иначе бы пришлось обложиться люльками.
— Это я! — крикнул в ответ. — Сейчас в душ схожу и приду.
— Ты закончил с делами?
— Можно сказать, что да. Всякие мелочи остались.
— Хорошо, мы тебя ждём! — пропела довольная Катя.
В душе я минут десять ожесточенно тёр себя мочалкой. До боли, до крови. Стёсанная кожа тут же заживала, не принося облегчения. Я хотел отмыться от всей грязи и насилия, что скопились внутри меня.
Хотел прийти к детям чистым.
Душ помогал плохо. Что-то терзало меня, но я не мог понять, что именно. Пришлось заставить себя выкинуть всё лишнее из головы. Утечь вместе с потоками воды.
Когда вошёл в детскую, Катя кормила дочку. Пацаны же лежали в коконах, под присмотром Ольги Владимировны.
— Привет, Эдгард, — поздоровалась она.
— Привет, — помахал я рукой. — Спят?
— Если бы.
Я подошёл к парням и посмотрел на них. Всего ничего прошло, а как изменились. Смотрят так внимательно.
— Мы пока не придумали имена, — сказала Катя. — Сыновей, так и быть, назови ты. А дочка — моя!
— Хорошо, — посмеялся я.
С каждой секундой, проведенной здесь, пружина внутри распрямлялась.
— Первенца нарекаю Тезер. А второго сына — Дариан.
— Что за странные имена? — возмутилась тёща.
Я промолчал. Тезер с моего языка означал «свободный». Дариан — «идущий». Пусть мои сыновья будут свободны идти своим путём.
— Как дочь назовешь? — повернулся я к Кате.
— Теперь и не знаю. Как бы ты назвал?
— Крона.
— Крона Эдгаровна Соколова, — сказала Ольга Владимировна, — Язык сломаешь.
— Ты уверен? — посмотрела на меня строго Катя.
Дочка оторвалась от её груди и тоже на меня уставилась. Угукнула. Имя ей понравилось.
Крона — эта «жизнь» на моем языке.
Свобода, путь и жизнь.
Эпилог
Спустя два месяца.Кассиан выглядел безупречно, как и всегда. Даже поздно ночью.
— Эдгард? — спросил он, выходя на задний двор.
— Это я.
— Не сочти за грубость, но приходить ночью домой, в броне — это несколько… — покрутил он рукой.
— Я с проблемой пришёл.
— Какой же? — дружелюбно улыбнулся он.
Что не помешало ему перед выходом отдать приказ слугам увести детей.