Алый трон стр. 323
против демона, которого все почитают божеством? Было проще не высовываться и жить по правилам. В конце концов я и сам поверил в Рашматун. Пусть она демоница, но никто не станет отрицать, что она правила городом с могуществом и мудростью истинной богини. Творила добро, снова и снова защищала людей от бедствий. Каким бы способом Рашматун ни удерживала власть, она хорошо нам служила.
Все его слова – чистая неприукрашенная правда.
– Ты так отчаянно хотел ее возвращения, что не остановился перед убийствами? – бормочу я. – Зачем ты сбрасывал коз на ничего не подозревающих простолюдинов?
При упоминании об этом деянии Харун вздрагивает.
– Наша магия слаба, – отвечает он. – У нас не получалось вычислить точное место падения.
Так же оправдывался и Нудин. Яблочко от яблони недалеко падает, пусть даже сыну вся затея очень не нравилась.
– Но ты все равно на это пошел, – говорю я. – И чем ты лучше меня?
Харун бросает в мою сторону испепеляющий взгляд:
– Ты поэтому подняла на днях такой переполох? Чтобы напомнить о козах?
Я усмехаюсь:
– А, это. Хотела повеселиться перед уходом. Выражение ваших лиц того стоило. Даже собственная мать обо мне так не беспокоилась.
Его губы кривятся в ухмылке.
– Ты…
– Что ты намерен делать с новой Ракхти, – перебиваю я его, – когда Рашматун при ней не окажется?
Харун фыркает, словно устал на меня злиться.
– Мы с Нудином будем лично следить за ее воспитанием. И я не сомневаюсь, что Ракхта Асахар рано или поздно найдет Рашматун, хочешь ты того или нет. Без своей истинной богини этот город долго не протянет.
В меня впиваются желтые глаза Анаса.
– Ясно, – говорю я тихо.
Подождав несколько часов после окончания ритуала, я выскальзываю из своей комнаты и мчусь к Яхаруде. Помещения для прислуги находятся сразу за библиотекой, в низком кирпичном здании, неказистом младшем брате помещений, где живут жрецы. У входа я останавливаюсь, роюсь в складках плаща и вынимаю оттуда маленький пузырек. В нем плещется темная вязкая жидкость – «зелье правды».
Я тихо-тихо ставлю пузырек рядом с дверным косяком и чуть слышно стукаю им о дерево. Затем ускользаю – еще одна тень, растворившаяся в ночи.
Издалека я слышу шорох осторожных шагов.
Глава 32. Новая богиня
Наступает день коронации. Весь храм охвачен волнением, воздух гудит от нервозности. Сегодня все кажутся еще более сосредоточенными, чем в день отбора Ракхти. Как будто готовы немедленно сорваться с места и начать действовать.
В последний раз меня приводят в комнату Рашматун. На мне красная с золотом джама, косы собраны в замысловатый пучок на макушке. С шеи свисают четыре ожерелья, на волосах – царский головной убор. Не хватает только звезды Рашматун на лбу. Но она появится позже, когда дух богини официально перенесут в новый сосуд.
В последний раз в жизни Бинсы я сажусь в паланкин рядом с Медхой. Она цепляется за мою руку, личико под слоем румян заливает смертельная бледность. Я не пытаюсь утешить ее словами, но и руку не отнимаю.
В последний раз в жизни Бинсы я спускаюсь из храма в город, чтобы поприветствовать горожан, которые пришли со мною проститься. Плотная масса жара, состоящая из людей, которые жмутся друг к другу в надежде оказаться рядом