Алый трон стр. 35
Бинса, но должна ли ты ею оставаться?
Его слова лишают меня дара речи. Разве недостаточно одного желания? Я вспоминаю маленькую Медху и ее прямой ответ на Испытании. Желания стать Ракхти недостаточно, чтобы занять это положение.
Я понимаю Икту и откуда у него эти мысли.
Естественно, я кажусь ему полоумной. Я так отчаянно жажду остаться Ракхти, что готова пожертвовать жизнью и здоровьем.
Одновременно во мне поднимается волна гнева. Осознает ли он, что, перестань я быть Ракхти, связь между нами разорвется? Что мы больше не сможем общаться и остаток жизни будем притворяться, будто друг друга не знаем? Ему известно, что отставная Ракхти не должна видеться ни с кем из храма.
Кроме того, Рашматун я, а не он. Это я лишусь всего. Брат окончил университет Дахлу, проявив выдающиеся способности. У него есть приемная семья, которая его поддерживает. Он не пропадет, даже если меня не будет рядом.
А если я перестану быть Рашматун, я стану никем.
– Саран, – шепчу я.
Имя прорывается сквозь гнев, туманящий его разум, и рассеивает его.
– Доверься мне, Саран, – умоляю я. – Ты мой брат. Я не могу тебя потерять. Я не знаю, что буду без тебя делать.
Крупные слезы капают на мои сурувалы. Вскоре я начинаю всхлипывать. Не скажу, искренне ли я плачу или немного переигрываю. Возможно, это смесь того и другого. Я столько лет носила маску, что уже не могу с уверенностью утверждать, какие мысли принадлежат мне, а какие – моему образу.
– Прости, Бинса, – выпаливает он так поспешно, словно пытается заткнуть дыру в плотине. – Мне не следовало этого говорить.
Я не отвечаю. Слезы продолжают катиться по щекам.
Икта кладет мне руку на голову, поглаживает по волосам.
– Ну тише, тише, – успокаивает он меня. – Я на твоей стороне. Не тревожься. Просто… просто я переживаю за тебя.
– Неужели за все это время ты не научился мне доверять? – выдавливаю я.
– Конечно, я тебе доверяю, просто… – Мне кажется, Икта подавляет вздох и разочарованно хмурит брови, но это происходит так быстро, что, моргнув, я снова вижу заботливого и властного старшего брата. – Я часть твоей жизни. Тебе необязательно взваливать это бремя целиком на свои плечи. Подумай об этом хорошенько. Скажи мне, если тебя что-то беспокоит.
Я молчу, а он не пытается нарушить тишину. Проходит какое-то время. Я воображаю, что я не Ракхти, а мой брат не наставник сосуда Рашматун. Воображаю, что у нас нет секретов, что мы готовы хоть сейчас объявить всему миру, что мы брат и сестра, и ради выживания мне не нужно больше притворяться, будто я из семьи кишари. Я воображаю, что нас никогда не разлучали, что мы снова дети и лежим, прижавшись друг к другу, холодными ночами в нашей ветхой хибаре.
Но мы больше не дети.
Я спрашиваю себя, удастся ли нам сохранить эту связь?
От этих мыслей я вздрагиваю. Сердце бешено колотится в груди. Мне придется поверить, что Икта будет мне предан. Я зашла так далеко только благодаря ему – и сейчас точно не время в нем сомневаться.
– Бинса? – наконец произносит Икта.
Я смотрю на полки со свитками и фолиантами за его спиной. Даже прочитав тысячу книг, я не наберусь такой мудрости, чтобы