Библиотека

Алый Завет стр. 143

Размер шрифта
-
+
Тема

Хусин потянул за рукоять, для полноты эффекта надавливая второй рукой на мой сломанный локоть, и ослепляющая вспышка боли фейерверком взорвалась в моей голове. Изображение в глазах поплыло, и если бы не удерживающий мою голову обруч, то я б уже рухнул лицом на бурый от впитавшейся крови стол.

Когда бурлящая пелена немного спала, и сознание прояснилось, то я обнаружил себя уже не в окружении холодных каменных стен, увешанных жуткими приспособлениями. Меня снова забросило в глухую чащу собственной души, аккурат напротив мрачного черного обелиска, который требовательно пульсировал, желая достучаться до меня.

Он словно бы шептал мне: «Давай разорвем этого жалкого человечишку на куски! Зачем медлить? Во имя чего терпеть? Мы же можем сделать это прямо сейчас…» Но я, игнорируя его посулы, подошел к краю полыхающей ямы своего источника и свесил ноги прямо над вырывающимися оттуда языками пламени. С первого дня я заметил, что истязания и абросовый дурман заметно притупляет их ярость и жар. Они становятся не такими уж нестерпимыми, как в остальное время, будто после долгой и упорной тренировки в лесу. Так может, пока выдалась минутка, стоит попробовать еще раз?

Приняв окончательное решение, я оттолкнулся и нырнул прямо полыхающую бездну, навстречу собственной душе и новой порции боли…

* * *

Возвращение в сознание было тяжелым. Ну просто неимоверно. Разлепить глаза оказалось сложнее, чем поднять гору. Но я, невзирая на все трудности, все же сделал это. И первое, что я увидел, это застывшее передо мной лицо какого-то незнакомца, держащего ладонь на моей голове, а из-за его плеча выглядывал до серости бледный Хусин.

— Данмар, ты в порядке?! — Тут же испуганно кинулся ко мне палач, едва увидев, что я открыл глаза.

— В полном, — со зловещей улыбкой ответил я, чувствуя, как энергия Искры заполняет мое измученное тело. Да-а… какая сила. Сила и вожделенный покой. Мир так прекрасен, когда тебя больше не сжигает внутреннее пламя, и даже стонущее от увечий тело не способно осквернить эту благодать. Я все-таки сумел! Усердный палач помог мне достичь такого уровня самоконтроля, что из медитативного транса меня выкинуло только тогда, когда я сам того захотел.

— А что, Иилий снова нарушил свой приказ и прислал целителя? — Насмешливо прошептал я. — Какое же шаткое слово у вашего императора…

— Помолчите юноша, — гундосым голосом пробормотал лекарь. — Вы мешаете мне вас лечи… Что-о-о?! Искра! Искра! Он призвал Искру!!!

Подорвавшись так, будто его ужалили в промежность, целитель понесся к дверям, сшибая все на своем пути. А я только еще больше подзадорил его, закружив по комнате воздушный вихрь, от буйства которого затрещали доски пыточных конструкций и зазвенели колыхающиеся цепи.

— Ты боишься смерти, Хусин? — Медленно повернул я голову к обомлевшему палачу.

— Я… я… не надо… не хочу… пожалуйста… — жалобно лепетал мужчина, не сводя с меня испуганного взгляда.

Он с нескрываемым ужасом следил за тем, как я распрямляюсь, легко разрывая сдерживающие меня путы. Лопнувшие кожаные ремни свезли мою кожу гармошкой и оставили после себя глубокие кровоточащие ссадины на запястьях, но я даже не поморщился.

— Как… невозможно… это просто невозможно! — Причитал тюремщик Иилия, с каждым мгновением съеживаясь все сильнее.

— Ты не ответил мне, Хусин, — строго напомнил я. — Ужель ты думаешь, что я спрашиваю

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.