Библиотека

Амулет для влюбленных стр. 46

Размер шрифта
-
+
Тема

слушая ее невнятного ответа, пошел переодеваться к игре.

Марина огляделась. На скамейках сидело мало народу. Наверное, такие же случайно забредшие сюда люди, как она, или девушки хоккеистов.

Когда на лед вышли команды, Марина, даже не видя еще номера на форме, узнала Вадима по кудрявому хвосту, выбивающемуся из-под шлема. На лед выскочил мужчина, наверно, тренер, подбежал к Орловскому и сердито заправил хвост ему за одежду. А дальше началась битва за шайбу. Марина не понимала ничего, но через некоторое время почувствовала, что больше не опирается на проволочное заграждение, вся подавшись вперед, ближе ко льду. Она рассердилась на себя, отпрянула назад и приняла независимую позу, вспомнив, что человеку, страдающему от несчастной любви, не к лицу так горячиться. Она поникла плечами и пригорюнилась, но к концу первого периода опять поймала себя на том, что следит только за номером 12: мечтает, чтобы он забил гол, и люто ненавидит парней в форме с зелеными полосами, которые мешают ему провести шайбу к воротам. Со свистком судьи хоккеисты командами собрались в разных сторонах поля со своими тренерами, которые что-то им оживленно говорили и отчаянно жестикулировали, очевидно, недовольные ничейным счетом. Номер 12 поднял голову к Марине и махнул ей рукой. Она опять с неудовольствием отметила, что почему-то неконтролируемо радостно помахала ему в ответ.

К концу матча Марина уже сидела на первом ряду, потому что оттуда было гораздо лучше видно. Ей, увлеченной игрой, уже не надо было ни на что опираться спиной. Когда матч закончился, она чуть ли не до слез обиделась на жизнь за то, что победила какая-то «Надежда» с зелеными полосами, причем с глупым счетом 1:0. Вадим подъехал к Митрофановой, сдернул шлем и виновато улыбнулся. Лицо его было разгоряченным, красным, мокрые прядки волнистых волос облепили лоб, щеки, лезли в глаза и в рот. Он двумя руками убрал их с лица и огорченно сказал:

– В самом деле, надо подстричься. Мешают… И тренер ругается…

– Не надо! – вырвалось у Марины. – Так красиво… – она замолчала, в очередной раз удивившись самой себе.

Орловский сделал вид, что не заметил ее замечания, и спросил:

– Как тебе эта «битва диких зверей»?

– Не такие уж вы и дикие. Вели себя довольно интеллигентно. – Марина улыбнулась. – Знаешь, я неожиданно увлеклась и очень за вас болела. Жаль, не помогло…

– Я переоденусь, – сказал он, видимо, не желая говорить о проигрыше, – и приду за тобой.

Когда они ехали домой, Вадим пытался объяснить Марине хоккейные правила, а потом все-таки решился сказать и о проигрыше.

– Понимаешь, наш Сан Саныч сегодня выпустил на лед двух новых защитников. Откуда-то их выкопал, хочет ввести в команду… Вот и результат! – разгорячился он. – Они же ничего не могут! Слабаки!

– А где старые защитники? Куда их дели? – удивилась Марина.

– Никуда не дели. Один болен, а второй – переехал в Москву, в спортивный интернат. Его в какой-то элитный клуб пригласили. Не смог отказаться.

– А ты смог бы?

Орловский пожал плечами.

– Не знаю. Сейчас мне кажется, что отказался бы.

– Почему?

– Не хочу уезжать из Питера.

Марина решила больше ни о чем не спрашивать. Она опять вспомнила Богдана с Марго, и сердце отозвалось такой болью, что впору было закричать. Игра, ненадолго было увлекшая

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.