Амундсен стр. 25
Желая хоть как-нибудь отблагодарить Неймайера за его дружеское внимание и помощь, Амундсен каждое утро являлся в обсерваторию первым и уходил последним. Конечно, это было очень наивно, но вполне гармонировало со взглядом Амундсена на свои обязанности.
В то же время Амундсен тщательно изучал всевозможную литературу, относящуюся к борьбе за северо-западный проход — морской путь вдоль опасных и неизвестных берегов Северной Америки, которым до тех пор никто еще не проплывал на одном судне, но которым в 1850–1853 годах удалось пройти частью на санях по суше, частью на кораблях английскому моряку Мак-Клюру. Мак-Клюр был пятьдесят восьмым исследователем, пробовавшим разрешить эту проблему.
Амундсену приходились основываться на неудачах и печальном опыте прошлых экспедиций. При чтении описаний различных плаваний северо-западным путем у него возникло много недоумений. Достаточных собственных знаний и опыта у Амундсена еще не было, и он решил ознакомить со своим планом Нансена, обратиться к нему за советом.
Мнением Нансена Амундсен необычайно дорожил, понимая, что всякая помощь Нансена явится сильнейшей поддержкой его замыслов, а малейшее критическое выступление поведет к полному финансовому краху. После своей гренландской экспедиции, после плавания «Фрама», после похода «сам-друг» к полюсу Нансен стал самым большим — и всемирно признанным — авторитетом в вопросах полярного исследования. К слову его внимательно прислушивались и ученый мир, и широкие общественные, стало быть, и денежные круги.
Одобрит ли Нансен план, составленный каким-то молодым штурманом?
С замиранием сердца, сознавая свое ничтожество перед лицом знаменитого полярного путешественника, героя своих юношеских лет, Амундсен скромно явился к Нансену. Вспоминая об этой встрече, Амундсен рассказывал, что он чувствовал себя в положении того марк-твэновского героя, который отличался столь маленьким ростом, что должен был дважды входить в двери — иначе никто бы его не заметил! И это совершенно правильно. Амундсен не преувеличивал своих чувств, не придумал их нарочито. В течение всей своей жизни, даже когда сам он занял место рядом с Нансеном, он питал глубочайшее уважение к Нансену.
Нансен вспомнил Амундсена — он видел его на «Бельгике», когда та покидала Саннефьорд. Кто хоть раз видел Амундсена, не так легко мог забыть его лицо.
Амундсен развил перед Нансеном свой план. Рассказал о всех приготовлениях к задуманной экспедиции, о том, что он предполагает в течение нескольких лет изучать Северный магнитный полюс, а потом, раз экспедиция уже окажется там, попробовать заодно пройти и северо-западным морским путем, на протяжении четырех столетий манившим к себе полярных моряков и исследователей.
Изумление и восхищение Нансена возрастали по мере того, как молодой моряк излагал ему свои планы. Нансен сам был человеком отважным и смелым, сам дважды выступал с планами дерзкими по замыслу, граничившими с безумием — по словам его критиков и противников. Поэтому он лучше чем кто-либо мог по достоинству оценить план Амундсена, заинтересовавший и увлекший его широтой и грандиозностью размаха.
— А каким образом вы рассчитываете собрать необходимые для экспедиции средства? — спросил Нансен.
— Я думаю как-нибудь обойтись. У меня есть немного собственных денег и я надеюсь справиться. Пока же я хочу предпринять плавание в Ледовитом океане на каком-нибудь небольшом судне, чтобы приобрести опыт в управлении такими судами во льдах. Ведь для задуманной мной экспедиции необходимо судно небольших размеров, неглубоко сидящее в воде!