Амундсен стр. 50
виден издалека. Еще неделя ушла на перевозку угля, дров, керосина и запаса сушеной рыбы — собачьего корма. Участники экспедиции ежедневно охотились и уже около ста тюленьих туш было сложено штабелями у двери дома.
Вскоре зимовочная база приняла вид целого городка. По заранее выработанному плану вокруг Фрамхейма было поставлено четырнадцать палаток: восемь для собачьих упряжек, остальные под склады угля, дров, свежего мяса, рыбы и другого провианта.
Теперь можно было начать завозку провианта в глубь страны и приступить к устройству вспомогательных складов как можно дальше по направлению к полюсу. Эта работа возлагалась на зимовочную партию в составе самого Амундсена, лейтенанта Преструда, Иохансена, Хельмера Хансена, Хасселя, Бьолана, Стубберуда, Вистинга, Линдстрема. В «морскую партию», которая должна была возможно скорее закончить разгрузочные работы, и выйти в море, входили: капитан «Фрама» Нильсен, Ертсен, Бек, Сундбек, Людвиг Хансен, Кристенсен, Ренне, Нодтведт, Кучин и Ульсен.
На «Фрам» возлагалось огромное задание отправиться в Буэнос-Айрес и затем провести работу по океанографическому исследованию южной части Атлантики от берегов Южной Америки к востоку-северо-востоку до берегов Африки и в обратном направлении. По возвращении из Буэнос-Айреса «Фрам» должен был снова спуститься на юг и пройти в Китовую бухту за зимовщиками с тем, чтобы оттуда опять вернуться в Буэнос-Айрес. Это задание было «Фрамом» выполнено при денежной поддержке аргентинского магната норвежского происхождения— дона Педро Кристоферсена, который и впоследствии не раз протягивал Амундсену руку помощи. За время своего плавания «Фрам» покрыл в общей сложности 135 тысяч километров и обогнул всю землю. Неплохое достижение, если вспомнить, что команда корабля состояла всего из десяти человек!
Ныне старый «Фрам» в Норвегии и превращен в музей. Для него построено специальное здание, и знаменитый корабль Нансена, Свердрупа и Амундсена стоит там в полной оснастке, сохраняемый «на вечные времена». Поставленные им рекорды: 85 55,5 с. ш., достигнутый в 1895 году во время экспедиции Нансена, но уже в его отсутствие — Нансен совершал тогда свой санный поход — и 78° 41 ю. ш. — до сих пор не превзойдены еще ни одним судном ни при свободном плавании, ни при дрейфе со льдами.
Еще до ухода «Фрама» из Китовой бухты к норвежцам явились гости: прибыла «Терра Нова» — экспедиционное судно Роберта Скотта. Амундсен тактично воздержался от всяких расспросов, но сами англичане кое-что рассказали ему о себе. Скотт привез с собой манчжурских малорослых лошадей-пони и моторные сани; на них он и возлагал все свои надежды при перевозке грузов по снежной и ледяной поверхности. Ими же рассчитывал он пользоваться и при походе к полюсу. Это была роковая организационная ошибка руководителя английской экспедиции, и она привела Скотта и его спутников к гибели.
Как ни странно, но заблуждение о преимуществах пони перед ездовыми собаками разделялось не только Скоттом. Другой английский, не менее знаменитый исследователь Антарктики Эрнест Шеклтон тоже был сторонником использования малорослых лошадей в антарктических областях. Применяли шотландских или исландских пони и некоторые арктические путешественники, между прочим один из крупнейших среди них — немецкий ученый Адольф Вегенер, погибший в Гренландии в 1930 году. Правда, параллельно с пони все они пользовались и собачьим транспортом, но или неумело, или же в недостаточно широких размерах.
От внимания сторонников пони ускользали или ими недооценивались