Анатомия преступления: Что могут рассказать насекомые, отпечатки пальцев и ДНК стр. 140
окончания суда она наложила на себя руки в своем доме в Гилфорде (графство Суррей). В итоге Бруэра осудили за развратные действия.
Луиза Эллисон, профессор права в Лидском университете, провела серию экспериментов: набрала 40 местных жителей в качестве «присяжных», пригласила актеров, привлекла к участию адвокатов и воспроизвела слушания по делам об изнасиловании. Согласно ее выводу, на присяжных влияет поведение истца в суде – эмоционально оно или сдержанно – и то, как скоро после случившегося жертва заявила в полицию. После того как судья или эксперт объяснял, насколько по-разному люди могут реагировать на нежелательные сексуальные посягательства, присяжные не спешили выносить обвинительный вердикт из-за спокойного поведения истца или задержки с подачей заявления.
Но судье полагается держаться невозмутимо, объясняет Фиона. «Иногда судьи не вмешивались, хотя вопросы доводили свидетеля до слез и истерики. Они говорили: "Давайте сделаем небольшой перерыв. И пусть кто-нибудь даст ей стакан воды". Они стараются не делать ничего такого, что можно было бы расценить как необъективность. Оно и понятно: осторожность необходима. И все-таки… мне кажется, они могли бы больше защищать свидетелей, чем они это делают». Судьи боятся вмешиваться, поскольку малейшее подозрение на пристрастность чревато тем, что приговор будет отменен Апелляционным судом.
Представление о том, что присяжным должна быть предоставлена возможность составить собственное мнение, лежит в основе состязательного характера судопроизводства. А ведь его эффективность не доказана. Ученым (в частности, Фионе Рейтт и Луизе Эллисон) не позволяют проводить исследования на реальных присяжных, чтобы увидеть, как они работают с уликами и аргументами. Исследования Эллисон заставляют задаться вопросом: не лучше ли доверить вынесение вердикта по делам об изнасилованиях судье, который имеет опыт работы с жертвами, а не присяжным из числа обычной публики?
В прочем, и присяжным нелегко. В процессе судебного разбирательства, которое может длиться годами, приходится сопоставлять огромное количество данных. Насколько эти люди способны с этим справиться – вопрос неизученный. А Фиона еще помнит времена, когда «присяжным не разрешали приносить даже блокноты, так как предполагалось, что они должны неотрывно следить за происходящим». Немудрено, если голова пойдет кругом, когда ученые знакомят их с новыми концепциями, а юристы опровергают их, да и среди самих ученых нет единодушия. Тут можно ошибиться и неверно оценить улики. Юристы и статистики из Мичигана и Пенсильвании провели исследование (2014 год), согласно которому 4,1 % приговоренных к смертной казни в Америке были невиновны.
Некоторые считают процедуру перекрестного допроса непродуктивной и отжившей. В отличие от Великобритании и Америки, где принята состязательность судопроизводства, во многих государствах (скажем, Франции и Италии) используется сочетание суда присяжных и системы следствия, при которой судья лично оценивает факты. Он опрашивает свидетелей и обвиняемого (или их юриста) до суда и начинает судебное разбирательство только в том случае, если находит достаточно доказательств вины. В этот момент он передает все собранные им доказательства обвинению и защите. Впрочем, на суде он может снова задать вопросы свидетелям, чтобы прояснить сказанное ими на досудебном слушании. Обвинению и защите не позволительно вести перекрестный допрос свидетелей, но разрешается кратко изложить свою позицию присяжным.
В обеих системах есть плюсы и минусы. Суд присяжных уходит корнями в Древнюю Грецию и Древний Рим, а в Англии появился в 1219 году. Постепенно, с ростом полномочий, присяжных стали воспринимать