Андердог. Пустоши стр. 77
ответил старейшина. – Проклятое. Необъяснимые и жестокие чары охраняют его. Многие мои сородичи заплатили своими жизнями за крохи знаний, что у нас есть.
Хм… Кажется, я понял.
– Стена не для защиты этого места, верно? – тихо спросил я.
Фархас посмотрел мне в глаза и хмуро ответил:
– Мы больше не хотим терять наших воинов. – Он немного помолчал и продолжил: – Впервые за многие годы я услышал ответы на вопросы, которые волновали наш народ. Надеюсь, на этот я тоже получу ответ.
Последнюю фразу он произнес, кивая в сторону столба, что высился за хищной изгородью.
– Что ж… Тогда не будем зря тратить время, – ответил я и хотел было шагнуть вперед, но старик остановил меня.
Сощурив глаза и слегка склонив голову набок, он сказал:
– Ты ведь понимаешь, что сюрпризы нам ни к чему?
Я нахмурился.
– Разве моей клятвы тебе недостаточно?
– В любом случае я пойду с тобой, – проигнорировав мой вопрос, заявил старик.
В его черных глазах я увидел холодную решимость.
– А как же проклятое место? – не смог сдержать усмешку я.
Старика мой тон не смутил. Он улыбнулся в ответ.
– Сегодня ты разрушил все мои представления о крае, в котором я живу. И у меня есть все основания полагать – это еще не конец.
* * *Первым на вершину завала взобрался Обжора. Он замер на несколько мгновений, прислушиваясь и принюхиваясь, а затем коротко рыкнув, нырнул вперед.
– Все чисто, – прокомментировал я поведение харна и первым шагнул к изгороди.
Фархас, тяжело вздохнув, словно перед погружением под воду, последовал за мной. Одной Великой Системе ведомо, что сейчас на душе у этого старика. Судя по обеспокоенным мордам его воинов, которые остались ждать своего лидера, для них зрелище карабкающегося по завалу старейшины, мягко говоря, в диковинку.
Уже спустя час мы замерли напротив гигантского столба, обросшего толстым слоем черного мха.
– Это и есть Черный Клык? – спросил я.
– Он самый, – ответил старейшина и кивнул в сторону темных зарослей. – Я не знаю, что там дальше. Оттуда еще никто не возвращался.
– А где знак?
– Сейчас, – сказал старик и стал искать что-то на земле. Наконец, он поднял с земли плоский камень и стал им очищать небольшой участок столба от наростов.
По мере того, как отпадали черные куски мха, на очищенной поверхности появлялись знакомые очертания.
Краем глаза я заметил испытующий взгляд Ми. Он с надеждой следил за выражением моего лица.
Когда Фархас закончил и отбросил в сторону камень, я усмехнулся:
– По правде сказать, я надеялся, что уже никогда не увижу эти символы.
– Неприятные воспоминания? – поинтересовался тролль, рассматривая свою работу.
– И это мягко сказано… – буркнул я в ответ.
– Что дальше? – спросил старик.
– Ждите, – коротко ответил я и приблизился к столбу.
Первое, что бросилось в глаза, когда осматривал вблизи метку охотников, это ее качество. Прямо произведение искусства. Вычурная резьба. Рунная вязь. Молочно-белый мрамор. На жалах крючков сохранилась позолота. В подземельях Кривых Гор символы были исполнены попроще.
Осматривая причудливые узоры, я не удержался и восхищенно цокнул языком.
– Что? – тут же отозвался Фархас. Я буквально спиной ощутил, как он всем телом подался вперед.
– Искусная работа, – ответил я. – Мастер постарался на славу.
– Я слышу удивление в твоем голосе, – сказал старик. – Что-то не
так?
– Ну-у, –