Ангард! стр. 245
него было такое выражение лица… Словом, он весь почернел. И сказал: «Хорошо, я этим займусь». Потом мы заговорили о приятном, о моей свадьбе. Петька очень обрадовался. Сказал, что приготовит нам хороший подарок, что он счастлив за меня и что Марго давно пора бросить Рощина. Что он очень нечистоплотен в отношениях с женщинами. И поведал мне одну историю. Как Рощин затащил его в ресторан и попытался подложить под него какую-то девицу. Впрочем, это не имеет отношения к делу.
– Маргарита Генриховна знает об этой истории?
– Да, я ей рассказал, – кивнул Самарин.
– Вот оно что! Она знает причину неприязни Насти Воловой к Рощину!
– Какое это имеет значение? – пожал плечами Самарин.
– Имеет. Маленький факт, который подтверждает мою версию событий. Продолжайте, Роман Олегович.
– В пятницу вечером, на прошлой неделе, мне позвонил Рощин. Сказал, что в понедельник начнутся съемки, но надо обсудить детали. Предложил приехать к нему часам к трем. Разумеется, я согласился. Я хотел рассказать ему о предстоящей свадьбе, потом зайти к Рите. Я позвонил ей, Рита сказала, что с утра пойдет по магазинам, а вечером мы встретимся. Итак, я приехал к Рощину. В половине третьего…
– Вы были в квартире вдвоем? – напряженно спросил Алексей.
Серега Барышев подался вперед.
– Да, – кивнул Самарин. – Вдвоем. Как только я пришел, Рощин провел меня в зал, предложил присесть, потом сказал: «Извини, у меня важный звонок. Если ты не возражаешь, я выйду на кухню?» Я не возражал. Не в моей привычке подслушивать чужие телефонные разговоры. Он вышел и плотно закрыл за собой дверь. Я подошел к стене и стал разглядывать фотографию, потом взял в руки Кубок.
Алексей переглянулся с Барышевым. Но прерывать Самарина не стал.
– Вскоре вернулся Рощин. Первым делом предложил выпить и закусить. Мол, купил по такому случаю виски, мою любимую марку. Я ему ответил: «Ты же знаешь, Женя, я за рулем». На что он спросил: «С каких пор ты соблюдаешь правила дорожного движения?». С иронией спросил. Я ответил: «Хорошо, мы выпьем. Ведь я могу переночевать у своей невесты». «У какой еще невесты?» – удивленно спросил Рощин. И тут я ему выдал: «Разве ты не знаешь, что мы с Марго женимся? Об этом все знают. И Петя Воловой. Разве он тебе еще не сказал?» Рощин вдруг побелел и пробормотал: «Je ne peux pas у croire». То есть, «не могу поверить». На что я ответил: «Justement». В переводе с французского: «именно так». И по-русски добавил: «Мы с Ритой женимся».
– Вы знаете французский? – спросил Алексей.
– Долгими зимними вечерами, – усмехнулся Самарин и повторил: – долгими зимними вечерами, когда за окном завывает вьюга и разные мысли лезут в голову, бог знает, до чего можно дойти! В том числе и до изучения французского языка. Когда думаешь: «Почему она его любит, а тебя нет? В чем причина?» Взвешиваешь все за и против, раскладываешь по полочкам. Разумеется, я не знал французский так блестяще, как Рощин. Ко мне в детстве репетиторы на дом не ходили. И произношение у меня хромает. Но я его понимал. Рощина. Это-то его и взбесило. Мы начали выяснять отношения.
– Вы ссорились?
– Разговор был странный. Рощин то и дело переходил на французский, он сильно
волновался.