Ангел по контракту стр. 7
мысли, Александр. Мыслью ты вызываешь энергию большую, чем иной усердный ученик после десятка лет упорных занятий. Тебя щедро одарили родители.
— Это всего лишь грубая сила, не так ли?
Она покачала головой. В своем стремлении к совершенству он всегда был на шаг впереди нее и на шаг опережал ее аргументы.
— Да, ты весьма несведущ в истинном Искусстве, — согласилась она. — Но… на то есть Учителя, книги. Ты тонко чувствуешь и умеешь быстро учиться. Могущество у тебя уже есть, тебе не нужно его достигать, тебе нужен всего лишь опыт в его накоплении и распределении. Некое чувство равновесия.
— Мне хотя бы понять, в каком направлении двигаться! Джейн, ты поможешь мне?
Она ощутила самую постыдную слабость в коленях.
— Ты вернулся, — спросила она, — навсегда?
Он не ответил сразу, не отрывая от ее лица странного, серебристо-серого светящегося взгляда.
«Скажи же, — молили ее глаза, — признай то, что очевидно. Что мы с тобой одно. Я — это второе „ты“. И мы — друг для друга. И я помогу. Я сделаю для тебя все. Я возьму тебя за руку и поведу по самым заковыристым лабиринтам Могущества. Но не уходи. Не оставляй и ты меня наедине с собой, с моим Могуществом и моим одиночеством».
Но он не сказал. Он молчал, глядя в ее глаза, и безмолвная речь его глаз была совсем о другом. «Ты лучше, — думал он. — Ты сильнее, честнее, чище и беспощаднее. В тебе нет внутреннего надлома, чужой смерти, пятнающей твою безупречную белизну, и коварного сожаления о содеянном. И я завидую твоей яростной юности. Завидую, как домашний гусь дикой стае. Ты полетишь выше меня. Ты настоящий друг, уважаемый и равный, без нежности и сердечной боли. И большего я не скажу… потому что, если мы будем думать о том, что могло бы быть при иных обстоятельствах, я могу договориться до того, что… любил бы тебя».
«Проклятая Королева эльфов», — горестно вздохнула Джейн.
Но Санди покачал головой.
— Там остались все, кто придает смысл моей жизни.
Она глубоко вздохнула и проделала пару интеллектуальных упражнений, чтобы прийти в себя, ибо любое Могущество начинается с власти над собой.
— Ты и твоя мать спасли мне жизнь, и я рад был бы помочь вам.
«Это изящный способ задать вопрос о том, чего ради было написано то письмо», — догадалась Джейн.
— Это письмо, — сказала она, — написано в миг слабости. Просто женской слабости. Я осталась одна, Александр, и я не знаю, что мне делать и как. Три года назад «Баркарола» покинула порт, и у меня нет вестей ни от матери, ни от Эдвина. По-бухгалтерски я уже внесла судно в графу «Убытки». Но, ты понимаешь… Они не вернулись!
— Хочешь, чтобы я помог разыскать их? Можешь рассчитывать на меня, Джейн.
— Нет, — сказала Джейн. — Я морячка, Санди. Я дочь двух капитанов. Я лучше, чем кто-то другой, понимаю, как велик океан и насколько безнадежна идея отыскать на его просторе двух дорогих тебе людей. За право владеть им он требует всю жизнь. Я не могу позволить, чтобы ты тратил свою жизнь на воплощение чужой мечты. Ты и так достаточно работал на чужие сказки. Согласно законам морской сказки я имею право только ждать. Что я могу возразить?