«Ангельская» работёнка стр. 30
видите на экране и чье имя, без сомнения, многие из вас помнят.
Банни поймал на себе мимолетный взгляд О’Рурка.
— Около двенадцати лет назад он объявил квартал Кланавейл зоной, свободной от наркотиков. Он сплотил жителей и стал настоящей звездой СМИ. Некоторые наркоторговцы, несогласные с усилиями Донала, пытались сжечь его дом вместе с детьми.
Снова быстрый взгляд.
— К счастью, этого не произошло благодаря вмешательству полиции. Донал совершил нечто немыслимое и победил. По сей день в квартале Кланавейл никто не торгует тяжелыми наркотиками. А если кто и пытается, то недолго и, как правило, доставляя себе и медикам ряд крупных хлопот. Сейчас папочка отошел на второй план, столкнувшись с серьезной болезнью почек, и кварталом теперь управляет Томми. Я имею в виду, по-настоящему управляет. Помимо прочего, это означает, что он и его команда окопались там, как термиты, и мы не можем приблизиться к ним ни на шаг. У одиноких патрульных машин мгновенно прокалываются шины. А если попытаться кого-нибудь задержать, то лучше заранее звать подкрепление, иначе автомобиль превратится в костер. Наружное наблюдение почти невозможно, и забудьте о том, чтобы войти к кому-нибудь из них в доверие. В этом районе все росли вместе и никуда не собираются оттуда переезжать. По сути, это остров, на котором правит Томми
— мальчик-король.
Детективы заерзали на стульях. Копы не любили в этом признаваться, но Кланавейл был одним из тех районов, в которые вообще лучше не заходить. А если возникнет необходимость, то исключительно при дневном свете и большой компанией. Но так было не всегда, и Банни знал это получше многих. Кланавейл являлся одним из его участков на заре службы, но те времена давно ушли в прошлое.
— Далее его команда, — продолжил О’Рурк.
Картинка сменилась фотографией мужчины лет сорока с небольшим брюшком. Судя по всему, он стоял возле паба, курил сигарету и смотрел в камеру так, будто внушал мысль: если взглядом нельзя убить, то в любой момент он готов проделать это руками.
— Франко Дойл — самозваный консильери. Друг Картера-старшего с давних времен. Один раз отсидел за кражу и дважды — за кражу со взломом. Женат на двоюродной сестре Картера. Формально это неправильно, но Томми и, следовательно, все остальные называют его «дядя Франко». Похоже, он связан с миром крупного криминала, но остальные не имеют к нему особого отношения. Команда Томми держится особняком, и любой, кто пытался изменить данное положение вещей, очень скоро об этом жалел.
О’Рурк кивнул, и на экране появилось следующее лицо — в этот раз с фотографии на паспорте. Это был мужчина лет тридцати со светлыми волосами до плеч, собранными в конский хвост. У него было одно из тех лиц, которые кажутся будто вырубленными топором.
— Познакомьтесь с Джоном О’Доннеллом. Одно время — понятно, неофициально — считался самым смертоносным человеком в ирландских вооруженных силах, пока не ушел в отставку. Пацан из Уэксфорда быстро сделал военную карьеру и стал одним из ирландских рейнджеров. Воздержитесь от шуток о нашей армии: парни из спецназа — настоящие профессионалы и высоко оцениваются зарубежными коллегами. Попасть туда очень непросто. О’Доннелл регулярно получал награды, был чист как стеклышко и вообще слыл в армии долбаным святым Джо. Он считался их образцовым солдатом, и, естественно, армейское начальство чрезвычайно