Английский экспромт Амалии стр. 119
конец!
– Думаете, он на такое способен? – недоверчиво проговорил Лаймхауз.
– Пресса может все, мой дорогой баронет! – огрызнулся Сеймур. – И угораздило же вас, черт подери, спутаться с его женой!
– Но я и в мыслях не имел…
– Ах, да кому вы это рассказываете!
Глава 28,
в которой является тот, кого не ждали
– Интересно, – спросил Арчи, когда они с Амалией оказались возле замка, – чей это экипаж?
Роджерс, встретивший герцогскую чету в холле, выглядел смущенным.
– Мистер и миссис Хардли приехали, как только узнали о несчастье, сэр!
– О каком несчастье? А, черт! – Арчи ударил себя ладонью по лбу. – Вот это номер! Теперь они точно не дадут нам пожить спокойно.
Еще не доходя до гостиной, Амалия услышала визгливый голос миссис Хардли.
– Просто ужасно! Бедная герцогиня, она, должно быть, так страдает! Мне так ее жаль!
Арчи шагнул в гостиную первым.
– Мой дорогой племянник! – плаксиво вскричала миссис Хардли. – Как только мы узнали о твоей беде…
– Мы сочли, что не имеем права оставлять тебя одного, – вставил ее муж.
– Как она, бедняжка? – миссис Хардли вся обратилась в слух. – Очень плоха?
Изобразив улыбку за губах, Амалия переступила через порог. При виде герцогини Олдкасл, целой и почти невредимой, миссис Хардли лишилась дара речи.
– Гм, – сказал Арчи, потирая нос. – Кажется, вы уже знакомы.
– Но что-то я не припомню, чтобы я рассылала приглашения на похороны, – в тон ему промолвила Амалия.
– Нет, ну право же… – залепетала миссис Хардли. – Эрнест! – воззвала она к супругу, что случалось крайне редко.
– Мы слышали, – сказал мистер Хардли, покачиваясь на носках и пряча под усами улыбку, – на вас упало целое дерево.
– Да, да, – рассеянно подтвердила Амалия, – но в общем и целом оно пострадало больше меня.
Арчи фыркнул в сторону.
– Эти деревья! – вскричала миссис Хардли. – Давно пора их вырубить, право слово. А я думала… я слышала… – Она оставила Амалию в покое и переключилась на Арчи. – А как ты чувствуешь себя, дорогой племянник? Желудок – ужасная вещь! Мисс Бленд умерла от язвы, а ведь она почти ничего не ела! Доктор сказал, у нее произошло прободение стенки желудка, – со смаком проговорила миссис Хардли, упиваясь звучными терминами. – Так печально! А леди Эверилл? Как она мучилась, бедняжка! А Синтия Уэст? У нее было что-то с прямой кишкой, или со слепой, нет, погодите, с двенадцатиперстной…
Видя, что жена окончательно запуталась в кишках, мистер Хардли осторожно кашлянул.
– Я думала, что смогу быть вам полезной! – извинилась миссис Хардли. – Женщины – лучшие сиделки, а ты, Арчи, тут все-таки совсем один… Ну, не смею больше злоупотреблять вашим терпением. До свидания, племянник, и вы, дорогая! Берегите себя!
Когда Хардли отбыли, Арчи наконец-то смог вздохнуть свободно.
– Родственники, – сказал он, – иногда бывают ужасно назойливы.
– Не извиняйтесь, – отозвалась Амалия, – у меня точно такие же.
За обедом Арчи показал Амалии свежую газету, которую только что привезли в Принсхиллз.
На первой странице была помещена огромная карикатура: на подушке лежит английская корона, и огромный толстяк, до мельчайших подробностей схожий с Лаймхаузом, стоит перед ней на коленях, умоляя: «Дорогая, ну хоть одну маленькую войну, прошу тебя! А то мне нечем заплатить портному!» Одной рукой толстяк выворачивал дырявый карман, показывая, что он пуст.
– Да, – хмыкнула Амалия, – после такого они вряд ли