Аня в Стране чудес стр. 24
попробовала представить себе такую необычайную жизнь, но ничего у нее не вышло. Тогда она задала другой вопрос:
— Почему же они жили на глубине колодца?
— Еще чаю? — вдумчиво сказал Мартовский Заяц, обращаясь к Ане.
— Я совсем не пила, — обиделась Аня, — и потому не могу выпить еще.
— Если вы еще чаю не пили, — сказал Шляпник, — то вы можете еще чаю выпить.
— Никто не спрашивал вашего мнения, — воскликнула Аня.
— А кто теперь делает личные замечанья? — проговорил Шляпник с торжествующим видом.
Аня не нашлась, что ответить. Она налила себе чаю и взяла хлеба с маслом. Потом она обратилась к Соне:
— Почему же они жили на глубине колодца?
Соня опять несколько минут подумал и наконец сказал:
— Это был сироповый колодец.
— Таких не бывает, — рассердилась было Аня, но Шляпник и Мартовский Заяц зашипели:
— Ш-ш, ш-ш!
А Соня, надувшись, пробормотал:
— Если вы не можете быть вежливы, то доканчивайте рассказ сами.
— Нет, пожалуйста, продолжайте, — сказала Аня очень смиренно. — Я не буду вас больше прерывать. Пожалуйста, хоть какой-нибудь рассказ!
— Какой-нибудь, — возмущенно просопел Соня. Однако он согласился продолжать: — Итак, эти три сестрички, которые, знаете, учились черпать…
— Что они черпали? — спросила Аня, забыв свое обещанье.
— Сироп! — сказал Соня, уже вовсе не подумав.
— Я хочу чистую чашку, — перебил Шляпник, — давайте подвинемся.
Шляпник подвинулся, за ним Соня. Мартовскому Зайцу досталось место Сони. Аня же неохотно заняла стул Мартовского Зайца. Один Шляпник получил выгоду от этого перемещенья: Ане было куда хуже, чем прежде, ибо Мартовский Заяц только что опрокинул кувшин с молоком в свою тарелку.
Аня очень боялась опять обидеть Соню, но все же решилась спросить:
— Но я не понимаю, откуда же они черпали сироп.
Тут заговорил Шляпник:
— Воду можно черпать из обыкновенного колодца? Можно. Отчего же нельзя черпать сироп из колодца сиропового — а, глупая?
— Но ведь они были в колодце, — обратилась она к Соне, пренебрегая последним замечаньем.
— Конечно, — ответил Соня, — на самом дне.
Это так озадачило Аню, что она несколько минут не прерывала его.
— Они учились черпать и чертить, — продолжал он, зевая и протирая глаза (ему начинало хотеться спать), — черпали и чертили всякие вещи, все, что начинается с буквы М.
— Отчего именно с М? — спросила Аня.
— Отчего бы нет? — сказал Мартовский Заяц.
Меж тем Соня закрыл глаза и незаметно задремал; когда же Шляпник его хорошенько ущипнул, он проснулся с тоненьким визгом и скороговоркой продолжал:
— …с буквы М, как, например, мышеловки, месяц, и мысли, и маловатости… видали ли вы когда-нибудь чертеж маловатости?
— Раз уж вы меня спрашиваете, — ответила Аня, чрезвычайно озадаченная, — то
я должна сознаться, что никогда.
— В таком случае нечего перебивать, — сказал Шляпник.
Такую грубость Аня уже вытерпеть не могла; она возмущенно встала и удалилась. Соня тотчас же заснул опять, а двое других не обратили никакого вниманья на ее уход, хотя она несколько раз оборачивалась, почти надеясь, что они попросят ее остаться. Оглянувшись последний раз, она увидела, как Шляпник и Мартовский Заяц стараются втиснуть Соню в чайник.
«Будет с меня! — думала Аня, пробираясь сквозь чащу. — Это был самый глупый чай, на котором я когда-либо присутствовала».
Говоря это, она вдруг заметила, что на одном стволе — дверь, ведущая внутрь. «Вот это странно! —