Библиотека

Аномальная зона стр. 24

Размер шрифта
-
+
Тема

результатами напряженных научных раздумий), склянки, непонятные коробочки типа той же рации, фотоаппарат, небольшой ковшик – по типу того, в котором яйца варят или молоко подогревают.

– А ковшик тоже научный? – не выдержал Семен.

– Какой ковшик? – всполошился Печерский. – А… Это вы у меня нашли? Странно. У меня такой в Питере на кухне. Знаете что?! Я его, по всей вероятности, прихватил случайно! А чего, пригодится. Если вдруг ночью дождь?

Ученый проворно схватил ковшик, скинул шляпу (именно скинул, а не снял, – в вонючую жидкость упала), напялил вместо нее ковшик и жизнерадостно расхохотался.

«Вместо шляпы на ходу он надел сковороду», – вспомнил Семен.

И был поражен, когда уфолог – профессиональная телепатия? – вслух продолжил его мысль:

– Как человек рассеянный с улицы Бассейной, да?! Я ведь в Питере на Некрасова живу. На бывшей Бассейной!

И захохотал. Семен недавно прочел в книжке одного современного писателя-авангардиста слово «заххоххоталл». Оно бы больше подошло к тем безумным звукам, что изрыгал уфолог.

Семен тревожно глянул на Рогова. Тот тоже смеялся. М-да…

А Печерский вдруг замолчал и произнес совершенно нормальным тоном:

– Придется ведь до утра сидеть. Выдержите?

– Нам в засадах не привыкать… – отозвался Рогов.

Семен вздохнул. Ему хотелось есть. Что-то там сегодня Васькина теща про жареную курицу говорила… Впрочем, Стрельцов наверняка уже с курицей разобрался.

* * *

Ка-дда пра-астым и нежным взораам

Ласкаишь ты, мииня, мой друг!..

Ниабычайным та-аким узором

Зииимля и небо вспыхива-ают вдруг!..

У Захара не было ни слуха, ни голоса, но если уж он начинал петь песню, то делал это в высшей степени громко и добросовестно, старательно выпевая все слова и заканчивая лишь тогда, когда заканчивался известный ему по памяти участок текста. Впрочем, изнуренная самогоном и виски память ограничивалась, как правило, одним куплетом.

– Хватит тебе голосить-то! – волновалась Татьяна, уже пару часов бегающая по деревне и вокруг нее в поисках сгинувшего мужа Петро. – Так что, он к тебе даже не заходил?

– Н-нне заходил! – икнул Захар. – Д-даже! Он же в лес намылился. С ентими разбираться. Топором их – шмяк, шмяк! Чё, еще не вертался?

– Нет нигде. Я всю деревню обегала. Как чуяла, загребут, – Татьяна расплакалась.

– А-атпустят, – махнул рукой Захар. – Петро – мужик ушлый.

– А если нет? – всхлипывала Татьяна. – Оставят себе на эксперименты?

– Дык… Тадысь сама к нему слетаешь…

Татьяну такая перспектива не вдохновляла. Она дальше райцентра уж лет пять не выбиралась. А тут – на Центавру…

В засаде операм, конечно, сидеть было не привыкать, но такие вонючие засады, признаться, встречались не часто.

Еще только полночь миновала, а Семен с Василием изрядно приуныли.

Только Печерский, как ни в чем не бывало, бодрым шепотом рассказывал одну за другой истории из жизни НЛО.

– В двадцать первом в Якутии за одну ночь целая деревня пропала. А утварь и собаки остались. Хотя животных тоже иногда похищают. А тут не взяли. Зато через неделю у всех собак хвосты поотваливались…

«А потом обратно поприклеивались», – хотел съязвить Семен, но его внимание отвлек нахальный комар. Этих тварей ядовитый запах не отгонял, хотя мог бы, а, пожалуй, наоборот, приманивал.

Семен звучным хлопком уничтожил на своем лбу очередное кровососущее насекомое:

– Интересно, комары у них есть, на других планетах?

– Семен, ты всех пришельцев так

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.