Аномальный наследник. Том 4 стр. 47
затем Алиса неожиданно произнесла:
— Ирина Александровна, раз уж выдался случай, и у нас есть свободное время, предлагаю обсудить изменение бюджета на новогодние празднования. Нам хотелось бы добавить кое-что новое.
— Ничего не имею против, Алиса Андреевна, — невозмутимо ответила первый заместитель директора «Алой Мудрости».
Под обсуждение экономической составляющей будущего школьного праздника, мы и проехали остаток пути.
И вот, наконец, через стекло автомобиля я увидел красные каменные стены. Впервые своими глазами, между прочим…
Машина остановилась на КПП, опустив стекло своей двери, помощница Шапочкиной протянула гвардейцу нужные бумаги. Нам разрешили ехать дальше, и мы оказались на территории Кремлёвского парка.
Вот именно в этот парк
теоретически может попасть любой желающий. Правда, простолюдины могут пройти только по пригласительным билетам, которые выдают отличникам учёбы, спорта, или же взрослым за достижения на работе. На территории парка проходят праздники, ярмарки — то здесь, то там по парку были разбросаны цветные павильоны, похожие на яркие домики.
Парк располагался по обе стороны от главного въезда в Кремль, и с двух же сторон был отделён поперечными стенами с воротами от других заведений «третьей стены». То есть просто так прогуливающийся человек не сможет попасть никуда, кроме самого парка.
Как и мои спутницы, я с интересом смотрел в окно. И если во взглядах троих читалось любопытство, то во взгляде Софье чередовалось равнодушие и какая-то непонятная тоска.
Автомобиль свернул налево и поехал вдоль внешней стены. Спустя десять минут снова повернул и въехал на территорию «Кремлёвской бойцовской арены» — место, по большей части предназначенное для увеселения аристократов. Простолюдинам сюда попасть ещё сложнее, чем в парк.
Водитель высадил нас перед главным входом на арену и поехал куда-то дальше. Я огляделся — здание, стоящее передо мной, выглядело внушительно, если сравнивать его с ареной «Алой Мудрости». Но в прошлой жизни мне доводилось видеть куда более грандиозные арены.
Оглядевшись, я уж решил было двигаться к огромным двустворчатым дверям, когда краем глаза заметил Царицу. Из нас пятерых она одна до сих пор неотрывно глядела на «Кремлёвскую бойцовскую арену».
Алиса что-то хотела шепнуть подруге, но я её опередил.
— В этом году эта арена покорится «Алой Мудрости». Будьте уверены, глава.
Чуть заметно дёрнув уголком губ, Троекурова повернулась в мою сторону.
— Жду не дождусь столь значимого события, Аскольд Игоревич, — проговорила она, одарив меня мимолётной улыбкой. И первой зашагала к дверям.
Глядя вслед черноволосой красавице, я вдруг подумал, каково ей вернуться сюда? Не в качестве участника, а простым зрителем? Истинный воин выходит на бой ради победы, чтобы превзойти всех и доказать в первую очередь самому себе, что он лучший. Эта причина «естественная», есть она и у Софьи. Но что-то говорит мне, что не только ради этого девушка желала выиграть всеимперский бойцовский турнир.
Я хотел бы узнать и о других её причинах… Но, если спрошу, она всё равно не скажет.
Последовав за Софьей, мы зашли в высокие двери. Нас встретили гостеприимные лакеи.
Оставив вещи слугам в гардеробе, мы прошли в просторный холл, где уже собралось немало гостей. Они не спешили сразу проходить на трибуны, предпочитая дружеский разговор за бокалом шампанского. Официанты разносили напитки, наполненные фужеры вместе с лёгкими закусками также стояли на столах вдоль стен.
— О,