Антимаг стр. 26
голос и даже пару раз хлопнула в ладоши.
- Виртуальность это, или реальность - разберёмся позже, - объявила она, отсмеявшись и поднимаясь на ноги. - Кто бы нас сюда не засунул - с реалистичностью он постарался. А значит, если нас нагонят, то бить будут с полным эффектом присутствия. Не жажду сравнить с реальными ощущениями. Пора сваливать.
- Ну да, бьют не по текстурам, а по роже, - поддержал её Лёха.
Взгляд зацепился за чёртову татуировку на ладони, напомнив о проблеме, которая никуда не делась и требует скорейшего решения. Всё же он везунчик: сдох от одной бомбы, чтобы теперь носить в
себе другую, таймер на которой запущен.
Стриж тяжело вздохнул и окликнул чинно завтракавшую Лауру:
- Бон аппетит, мон шер ами. А поведай мне, гордая птица-кречет: к моему тамагочи инструкция прилагается?
И, помахав татуированной ладонью для вящей доходчивости, добавил:
- Ну, может, методы дрессуры есть какие.
- Я, конечно, слышала что мужики своим причиндалам имена придумывают, - осуждающе покачала головой Миа, - но чтобы у девчонки-подростка инструкции к нему спрашивать...
Лёха упёр руки в бока и скаредно поинтересовался:
- Только не говори, что в будущем не знают про тамагочи.
- Потом расскажешь о своих нездоровых фантазиях, - отмахнулась Миа.
Она сняла с ветки чуть подсохшую одежду и принялась одеваться.
- Не-не, погоди, - не отставал Лёха. - Ты ещё скажи, что не знаешь про “Тетрис”.
Вздохнув, Миа повернулась к Стрижу и проникновенно сказала:
- Амиго, если ты не виртуальная имитация, то жил в докосмические тёмные времена. Я нихрена о той эпохе не знаю. В моём представлении ты не далеко ушёл от дикаря в шкурах, вооружённого луком и стрелами. Хотя, раз ты в курсе, что такое компьютер, значит вы там уже не палками воевали.
- Не, мы их только кидали при удобном случае, - не удержался от пошлости Стриж.
Судя по тому, как расхохоталась Миа - эта шутка прошла через века. Смех неожиданно взбодрил Лёху. Какое бы дерьмо не подкидывала жизнь, он твёрдо знал, что не сдохнет, пока найдёт в себе силы смеяться. Эту житейскую мудрость Стриж почерпнул в поэме Твардовского “Василий Тёркин” ещё в школе, но проверить её на практике довелось уже после училища - в первую командировку в Сирию.
“Духи” тогда зажали их группу, взяв в кольцо. Бой длился больше часа, пока подоспевшие “грачи” не вывалили на бошки “бомжахедов” пламенный привет от ВКС. Уцелевшие боевики, в момент расчухав намёк, резво сдёрнули в пустыню, даже не собирая раненых.
И тогда командир группы, посмотрев на Лёху, бывшего в ту пору зелёным лейтенантом, выдал незамысловатое:
- Ну и рожа у тебя, Шарапов.
Простейшая, затёртая шутка вызвала у спецназовцев дикий хохот, выпускающий нервное напряжение. А Лёха, утирая выступившие от смеха слёзы, окончательно решил: сдохнет он тогда, когда не найдёт ни единого повода для смеха. Пусть даже такого пустякового, как бородатая шутки.
- Не, ну ладно - эти примитивы, - продолжал изгаляться Стриж, кивнув на Лауру. - Тут эльфы, сказка, из достижений цивилизации - горный кишлак, дикий ишак, да Гарри Поттер в президентах. Но вы-то в космос летаете. Перед инопланетянами не стыдно за пролюбленные достижения