Антология советского детектива-11. Компиляция. Книги 1-11 стр. 5895
Динамит раздумчиво добавил: — Может, если б я попросил, он бы со мной и так поделился, за уважение. Но вор просить не должен. Вор должен красть.
По ночному городу до Замоскворечья мы домчались минут через пятнадцать, подкатили к уже хорошо знакомому мне особнячку, где нас и чемоданы выволокли из машин и быстро втащили в дом. Поднявшись на второй этаж, Динамит первым делом смахнул с длинного стола бумаги прямо на пол, распатронил поклажу и вывалил драгоценности на стол.
— Помнишь, про Джеймса Бонда была книжка, называлась «Бриллианты навсегда», — спросил он, обращаясь почему-то ко мне. — Точно, да? Бриллианты — навсегда! — повторил он, смакуя каждое слово.
Трое его подручных, среди которых я узнал своего старого приятеля Чугунную Болванку с его литой маловыразительной мордой, тем временем сгрудились вокруг, отвесив челюсти и роняя слюни, хватая старинные браслеты, примеряя на себя кольца и цепи, но меня это зрелище больше не впечатляло, я думал о другом: о том, что начнется, когда они наиграются всласть и вспомнят обо мне.
Это произошло даже раньше, чем я надеялся.
— Ну все, побаловались и будя! — прикрикнул на соратников Динамит, отнимая у них цацки и зорко следя, чтоб ничего не исчезло со стола. После чего повернулся в мою сторону и объявил: — Пора заняться делом. Где мои погремушки?
Я молчал. А что мне еще было делать, если я твердо знал, что, как только открою рот, мы с Веркой можем считать себя покойниками? Но Динамит распалялся на глазах.
— Где мои вещи, падла? — орал он. — Ты понимаешь, гнида, что покусился на святое? На инструмент! Это ж все равно, курва, что отнять мяч у Пеле, у Ойстраха скрипку! Где, говори!
С последними словами он отвесил мне мощную затрещину по правому уху, я слетел с ног и больно ударился затылком о стену, но сознания, к сожалению, не потерял. А Динамит, неожиданно скоро угомонившись, нагнулся надо мной и проговорил уже спокойным тоном:
— Молчишь? Ну, я так и предполагал, что ты будешь строить из себя Зою Космодемьянскую. Посмотрим, не получится ли из тебя Павлик Морозов. Тащите их вниз, ребята!
Все так же грубо нас с Веркой сволокли по лестнице на первый этаж, потом через черный ход на задний двор и затолкали в котельную. Динамит щелкнул выключателем, зажег лампочку под потолком, и во мне затрепыхалась, как попавшая в силки колибри, крошечная надежда: никем незамеченный пульт-брелок по-прежнему лежал на верстаке среди разного хлама. Но бедную колибри тут же придушили, даже не дав пискнуть: отодвинув один из заляпанных машинным маслом табуретов в самый угол, Динамит усадил меня на него. Другой пододвинул к верстаку с тисками и швырнул на него Верку.
Похоже, у подонков эта была отлаженная процедура. Чугуннолитой, не дожидаясь указаний, крутанул ручку тисков, раздвинув их до максимума, потом рывком задрал Верке голову, сунул ее туда и принялся закручивать. Острые насечки губ тисков вонзились в виски, из которых брызнула кровь, Верка широко раскрыла рот, зайдясь в крике, но крика никто не услышал. Динамит дернул какой-то рубильник, и все вокруг покрыл рев, грохот, чудовищное дребезжание включенного на полную мощность насоса. Я увидел, как лезут из орбит безумные Веркины глаза, и, потеряв остатки хладнокровия, попытался