Антон Волков. Книги 1-4 [Компиляция] стр. 1152
интересуемся упавшим у болота самолетом!
Вот еще один летчик, еще, еще… Где же курьер, черт бы его побрал, неужели он в самый последний момент не вылетел?
Методично, но быстро осматривая салон, Антон продвигался к хвосту самолета. В разбитые иллюминаторы влетал свежий ветерок, принося некоторое облегчение — от напряжения и дурных запахов пот начал заливать глаза, мешая работать. Доносились приглушенные голоса партизан, прочесывавших лес рядом с местом падения транспортника, хорошо слышно, как сердито и неразборчиво бурчит Колесов, обследуя самолет снаружи.
Почти в самом хвосте, под грудой чемоданов, виднелись чьи-то сапоги. Не долго думая, Волков ухватился за них, вытягивая тело. С грохотом посыпались чемоданы, освобождая лежавшего под ними средних лет эсэсовца в армейском мундире. Под его затылком успела натечь темная лужица крови — видно, раздробил голову, когда самолет врезался в землю.
Антон отшвырнул ногой еще один чемодан. Есть! На откинутой в сторону вывернутой левой руке эсэсмана надет стальной браслет, а второй защелкнут на портфеле с блестящим замочком. Неужели он наконец нашел разгадку тайны?
Присев, Волков ломиком сковырнул замочек портфеля и заглянул внутрь. Да, вот он, доклад Бергера и фон Бютцова!
Некогда разглядывать, некогда читать — потом, все это потом. Метнувшись к ближайшему иллюминатору, Антон крикнул:
— Давайте! Скорей!
Шустро подскочивший Семенов при помощи Колесова подал ему через разбитый иллюминатор сверток. Сунув доклад себе на грудь, Волков вложил в портфель вынутые из свертка листы бумаги. Пошарив по карманам мундира эсэсовца, нашел его документы и тоже забрал. Все, пожалуй, можно выбираться, скорее на свежий воздух и прочь отсюда, прочь!
Нет, надо бы еще попробовать открыть наружный люк салона. Помогая себе ломиком, он налег на дюралевую дверцу, чувствуя, как от напряжения темнеет в глазах. Кажется, подалась? Нет, это скользят ноги. Ну, еще разок!
Когда люк распахнулся, ему показалось, что свежий лесной воздух, пусть даже успевший впитать отвратительные запахи потерпевшей крушение машины, чуть не валит наземь. Жадно хватая его ртом, Антон спрыгнул вниз. Надо заканчивать.
— Канистры, скорее канистры!
Подбежавшие партизаны притащили канистры и нырнули с ними в чрево транспортника.
— Как? — не вдаваясь в долгие разговоры, спросил Колесов.
— Порядок, — вытирая мокрое лицо платком, ответил Антон. — Они уже горели после взрыва, но пламя сбило встречным потоком воздуха. Твои за небом глядят?
— Обязательно, — сворачивая жгут из сухой травы, кивнул начальник партизанской разведки. — Хорошо, что быстро уложился. «Рама» с минуты на минуту появится. Ничего не трогать, головы оторву! — прикрикнул он на возившихся в салоне разведчиков, один из которых вытаскивал из кобуры убитого немца оружие. — Живей, ребята, живей!
— Остатный раз фрицы выпьють, — мрачно пошутил партизан, выливавший из канистры самогон. — Готово!
— Убрать все следы, отойти назад! — приказал Колесов.
Чиркнув самодельной зажигалкой, он поджег жгут травы и, широко размахнувшись, отчего на конце жгута сразу вспыхнуло яркое пламя, забросил свой факел внутрь салона упавшего транспортника. Пригнувшись, бросился от него подальше.
В первые секунды внутри самолета было тихо, потом там хлопнуло, как будто лопнула толстая струна, сделанная из бычьей жилы, и машина чуть не подпрыгнула — из всех щелей повалил дым, а из иллюминаторов и разбитого фонаря пилотской кабины вырвались языки веселого жадного пламени, казавшегося почти бесцветным в ярком солнечном свете. Вскоре пламя поднялось над упавшей