Библиотека

Аргентина. Лонжа стр. 218

Размер шрифта
-
+
Тема

Чехословакия, Швейцария… А еще «кацеты», преследование церкви, интеллектуалов, евреев. Против такого врага объединится весь мир, Штаты получат свою войну, а Германия погибнет. Единственная возможность этого избежать – самим разобраться с Бесноватым. Америка найдет другое пугало, война все равно случится, но, может, мы отделаемся легче. Вот и вся цена ваших разногласий.

– Так мы же не против, – неуверенно пророкотал Медведь. – В принципе.

– Идея Народного фронта… – начал Штимме и осекся.

Август, Первый сего имени, смотрел сквозь прозрачные стекла, за которыми бушевал горячий летний день, но видел совсем другое: Ночь над Европой, черное безвидное небо и желтый оскал Той, что придет пожинать жатву. Дирижер взмахнет невесомой палочкой, послушный оркестр заиграет Последнее танго.

А потом будет вечер,

А потом будет полночь,

А потом будет вечность,

Где нет тебя!

Рай не светит нам, шагнувшим в бездну,

Новых воскресений нам не знать!

Еще не поздно это остановить. Беда, что не слышат. Не хотят слышать!

«Вышел сеятель сеять; и когда он сеял, иное упало при дороге, и налетели птицы и поклевали то; иное упало на места каменистые, где немного было земли, и скоро взошло, потому что земля была неглубока. Когда же взошло солнце, увяло, и, как не имело корня, засохло…»

Значит, надо сеять дальше. Сеять, сеять и сеять…

– Давайте-ка еще раз, – предложил он. – Начнем с того, с чем мы все согласны, это и станет плацдармом. Пусть он даже мал, словно горчичное зерно.

5

Когда позвонили в дверь, Мод была уже готова. Чемодан у стола, легкий белый плащ на спинке стула. Как только открыла, гость первым делом посмотрел за ее плечо. Увидел, понял.

Улыбнулся.

Девушка посторонилась, пропуская его в комнату, прошла следом. Возле стола остановилась, взяла из сумочки пачку сигарет с цыганкой, подумала немного.

– Нет, курить не буду… Знаете, шеф, вы все-таки изрядный фат! «Этот мир создан для нас с вами». Вы такое всем своим женщинам говорите?

Мужчина понимающе кивнул.

– Нервничаете? Я тоже – слегка. Ничего, в самолете откроем бутылку шампанского, я захватил с собой приличный «Dom Pérignon».

Девушка поморщилась.

– Не только фат, но и пошляк. А еще вы друг Рудольфа Гесса, агент великого князя Лихтенштейна, провокатор, шпион и вор.

– Да, – невозмутимо согласился гость. – А вы, кстати, ночью не храпите. Слегка посапываете, не больше.

Бывшей эксперт Шапталь повернулась, подошла ближе, поглядела в знакомые глаза.

– Ты…Ты действительно решил бороться с Гитлером?

Петер Ульрих Вандаль еле заметно улыбнулся.

– Не решил. Уже борюсь! Гесс обещал мне должность заместителя министра пропаганды. Оцени возможности! А если предам, ты меня пристрелишь. Договорились?

Вместо ответа она взялась за плащ, но внезапно вспомнила.

– Погоди. Я быстро!..

Прошла в последнюю комнату-каюту, взяла с полочки у трюмо фаянсовый флакон, обернулась…

Поль Верлен, прóклятый дед, стоял на пороге.

– Не пускаешь? – оскалилась внучка. – Нет, оставайся сам в своем хрустальном дворце!

Пройдя прямо сквозь тень, свернула в ванную и высыпала порошок в раковину. Включила воду, подождала с минуту, а затем тщательно вымыла руки.

…Лестница с прозрачными ступенями, полупрозрачные тени, чернота коридоров, зал лунного света, белые колонны, ночное небо вместо купола – и манящий ритм танго. «Ни к чему объясненья, все закончилось к сроку, он богат и прекрасен, а я – никто….»

Прочь!

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.