Аромат роз стр. 114
засыпать. Сделаешь так?
— Попробую.
— Когда я вытащил Миранду из колодца, ты сказала, что я могу требовать от тебя все, что пожелаю. Так вот мое желание: помни всегда, что я люблю тебя. Что я люблю и Мэнди. Я никогда не причиню зла ни тебе, ни ей. Я хочу, чтобы ты наконец поверила в это.
Кэйт чувствовала, как он хочет ее, — по напряженным мускулам его рук, по сильным ударам сердца. Ноги не держали ее, она схватилась за край перегородки, чтобы не упасть. Что же с ней происходит?
— Зака-ария!..
Он расстегивал пуговицы, продолжая целовать ее. Ее соски напряглись так, словно, долго стиснутые тугой тканью, теперь освободились. Быстро и умело он освобождал ее от резинок и подвязок, спуская одежды к болезненно томящему ее месту, как будто точно знал, чего хочет ее тело.
— Зак-а-а-рия!
Лифчик и сорочка упали куда-то вниз. Кэйт задыхалась от его ласки и прикосновений губ и языка. Весь мир превратился в горящую точку, и эта точка опустилась вниз. Он прижался лицом к ее груди. Ищущие руки скользнули вниз по ее животу. Кэйт инстинктивно оттолкнула его.
— Не надо, — шепйул он. — Доверься мне. Только на этот раз. Я обещаю тебе, ты не пожалеешь!..
Довериться ему? В памяти всплывало тяжелое и мучительное. Сколько раз Джозеф
именно здесь загонял ее в угол. О том, что происходило потом, жутко вспоминать.
— Я же ничего такого не хотела! — защищалась она. — Я не хотела тебя возбуждать!
— Конечно нет! — ответил он. — Я же говорил, тебе достаточно находиться в одной комнате со мной…
— Я думала только о том, как получше приготовить обед.
— Конечно! Именно в эти минуты ты неотразимо привлекательна. Я не могу противиться желанию, но беру всю вину на себя.
Его уверения не могли рассеять воспоминаний о прошедших годах. Охваченная паническим страхом, она воскликнула:
— Нет, пожалуйста, не надо.
Он остановил ее. Ласковые и сильные движения отняли у нее остатки воли. Кэйт почувствовала, как он снимает одежду, поднимает ее юбку. В воображении вдруг всплыло лицо Джозефа.
— Закария?!
Его широкая теплая ладонь проникла между ее ног.
— Не бойся, Кэти, — отрывисто шепнул он. Новая волна страха обдала ее. Пальцы Кэти впились в дерево. Он старался успокоить ее, нежно целуя шею и грудь, прижимаясь губами к напряженно пульсирующей жилке. По неистовому ритму пульса он понял, каким страхом она охвачена.
— Обещай, что не станешь злиться! — шептала она.
— Детка, милая! Да разве я способен злиться на тебя! Обещаю тебе! Если хочешь, поклянусь на твоей Библии… Ты прекрасна и мила мне, и ничто в мире не может этого изменить!
Зак продолжал целовать ее, и она с удивлением чувствовала, как смягчается ее душа, а тело само собою приникает к нему.
— Ты само совершенство! Ты совершенна во всем. Я хочу тебя всем своим существом. Ты боишься, что я обозлюсь? Да я буду счастлив! Ты дашь мне счастье!
Как будто электрический ток пронизал ее. Кэйт сжалась от этого ощущения.
— Что это? Зак, не делай так, пожалуйста…
Он снова легким движением коснулся самого чувствительного места.
— Расслабься, Кэти, девочка… И пошли к чертям все рассуждения о похоти. Уверен, ты даже толком не знаешь, что это значит…
Кэйт почувствовала, что уже не владеет собой.