Аромат роз стр. 37
сильная мускулистая рука согнулась, поддерживая ее.
Кэйт подошла к постели, чтобы забрать дочь и уйти, но тут заметила, что Миранда ухватилась за волосы на груди Мак-Говерна. Не так-то легко освободить его из этих цепких пальчиков. По другую сторону Мак-Говерна свернулся Ноузи, положив морду на свободную подушку.
Кэйт насторожилась, расслышав между двумя ударами грома мерный храп. Она не могла понять, кто храпит, человек или собака, но затем решила, что оба. Когда буря затихла, она различила два мерных посапывания и ровное дыхание Миранды. Троица спала крепким сном. Кэйт наклонилась, собираясь забрать дочь от Мак-Говерна и унести ее. Но она понимала, что лучше уйти. Этот человек едва не заплатил жизнью за спасение Миранды, и Кэйт, без сомнения, могла оставить ребенка на его попечение. Стоит ли их будить? Конечно, незачем. Правда, теперь, когда Миранда ушла от нее, Кэйт придется пережидать грозу в одиночестве. Грянул новый раскат грома, и Кэйт вздрогнула. Смешно! Она ведь взрослая женщина. Это не первый случай, когда она одна во время грозы, и, уж конечно, не последний.
Развернув лежащее в ногах кровати одеяло, она укрыла им дочь. Выйдя из спальни, она оставила дверь полуоткрытой: вдруг Миранда позовет ее.
«Даже если весь дом будет содрогаться от грозы, гостиная — самое безопасное место», —
решила Кэйт. Набитый конским волосом диван вполне заменит ей кровать. Когда она вошла в темную комнату, ветер ударил в окна, и наружные ставни захлопали во всем доме. Сверкнула молния.
Яркая вспышка голубого света проникла сквозь окно и бросила причудливую тень на вешалку у стены рядом с Кэйт. Ей показалось, что она смутно видит силуэт человека, протягивающего к ней руки. Это так испугало Кэйт, что ноги у нее приросли к полу. Дыхание перехватило. В глазах замелькало. От испуга она потеряла дар речи. — Джозеф!
Кэйт, конечно, понимала, что это не может быть тенью человека. Почувствовав слабость, она прислонилась к стене и закрыла глаза. Дурочка. Кэйт судорожно вдохнула воздух. Вновь раздался гром, ветер завыл в доме. Кэйт похолодела. Ее начало трясти, и она стиснула зубы, чтобы они не стучали.
— Мама!
Кэйт открыла глаза и прислушалась. Крик был слабым и доносился издалека. Показалось или нет? Хотя она и понимала, что это всего-навсего завывание ветра, но бросилась из гостиной.
— Ма-а-а-а-ма!
Ливень утих, и комната погрузилась в темноту. Кэйт оперлась рукой о стену и, похолодев, вслушивалась во внезапную тишину. Она едва не вскрикнув, когда еще один удар грома раздался прямо над домом. Ставни задрожали.
Затем ей почудилось, что она вновь слышит зов Миранды. Ноги не слушались Кэйт. Она едва передвигалась по темному дому к комнате больного. Миранда мирно спала под защитой Закарии Мак-Говерна.
— Мама!
Кэйт заткнула уши и зажмурила глаза. Измученная этим звуком, она взмолилась, чтобы он прекратился, и поспешно вернулась в гостиную. Отыскав укромный уголок, она опустилась на пол и испуганно съежилась. Отчаянный детский крик, разносимый стонущим ветром, вновь достиг ее ушей. Нет, это не Миранда, Кэйт уже не сомневалась. Это воспоминание о том крике дочери, который всплыл из недр ее сознания. Его нельзя забыть, от него невозможно избавиться. Во время сильных гроз он будет преследовать ее всю жизнь.
ГЛАВА 8
Когда на следующее утро