Аромат роз стр. 59
она может знать о синяках, поездах, кондукторах и городе Медфорде?
Пару раз он пытался расспросить Кэйт об исчезнувшем муже: что за человек был Джозеф Блейкли? Не он ли причина страха, часто мелькавшего в глазах Кэйт и Миранды? Впрочем, Зак не настаивал. В конце концов, Джозеф был мертв. Если раньше он и представлял угрозу для них, то теперь его не было. Зак не имел права вторгаться в прошлое Кэйт. Ведь у него тоже есть тайны.
Кэйт редко вспоминала Джозефа, и тогда лицо ее мрачнело. Воспоминания явно причиняли ей боль, — Но теперь Зак сомневался в том, что это боль потери.
Спустя неделю после того, как Кэйт разрешила Миранде приходить к нему, Зака разбудил детский голосок:
— Сегодня мамин день рождения!
Это с трудом дошло до сознания Зака. Он повернул голову и приоткрыл один глаз. Возле его кровати стояла Миранда, испачканная чем-то серым. Он мигнул и попытался сосредоточиться.
— Что ты сказала? — хрипло спросил он. По солнечному свету, льющемуся из окна, он понял, что уже утро. — Который час? — Он посмотрел на часы. — Чей день рождения?
Она держала в руках смятые листы бумаги, ее глаза блестели, как ему показалось, от слез. Губы ее скривились, подбородок дрожал. Она повторила.
— Моей мамы.
— Твоей мамы? — Зак снова моргнул и зевнул.
— Я хотела сделать для нее бумажную розу, но забыла как.
Зак не думал, что из-за этого стоило плакать. Он сел, пригладил волосы и тряхнул головой, чтобы окончательно проснуться.
— Бумажную розу?
Она положила свернутую бумагу на его кровать.
— Ты можешь это скрепить?
Он пристально посмотрел на бумагу.
— Милая, я не умею делать цветы. Ее губы задрожали.
— Хорошо, я попробую, — тут же сказал он. В конце концов, делать бумажные цветы не так уж трудно.
Минут через десять Зак понял, что это не так. Чертовски трудно! Он прекратил попытки. Розы выглядели на редкость жалко. Миранда разразилась слезами, и это окончательно разбудило Зака.
Он отшвырнул бумагу и посадил ее на колени, стараясь, чтобы она не слишком давила на больную ногу.
— Не надо из-за этого плакать. Она всхлипнула еще сильнее.
— Я хотела подарить маме что-нибудь красивое.
— Подаришь, мы что-нибудь придумаем.
Устроив ее у себя на коленях, он прижался щекой к ее шелковистым волосам. Они пахли мылом и чем-то неуловимым, чем пахнут малыши. Он узнал этот запах, общаясь с Мирандой. Возможно, это особый запах детства.
— Дорогая, не плачь, пожалуйста. Я же сказал, мы что-нибудь придумаем.
— Но у меня нет для нее подарка, — рыдала она. — Мама скоро вернется из амбара и будет ждать поздравления, а у
меня ничего нет.
— Мы ее чем-нибудь порадуем, но она должна подождать. Пусть думает, что мы забыли, а к вечеру мы ее поздравим. Подарки, которые не надеешься получить, — приятнее всего.
— А почему?
Не выпив кофе, Зак не мог проявить особой изобретательности.
— Ты можешь подарить ей настоящие розы. Большой красивый букет. Ей понравится.
— Но это же ее розы, а не мои. Я хочу подарить ей что-то свое, красивое. Ей никогда не дарили красивого, мистер Зак, ни одной вещички.
Да, он заметил, что, кроме Кэйт и Миранды, в этом доме не было ничего красивого.
— Ты можешь подарить ей букет полевых цветов. Она обрадуется.