Арсен Люпен — благородный грабитель стр. 17
друзей поселиться в Кодебеке, познакомиться с редактором «Ревей», газеты, которую выписывает барон, намекнет ему, что он такой-то, то есть знаменитый сыщик, как тогда будут развиваться события?
— Редактор сообщит через «Ревей» о том, что названный сыщик находится в Кодебеке.
— Прекрасно, далее из двух одно: либо рыбка — я хочу сказать, Каорн — не клюнет на крючок, и тогда ничего не произойдет; либо — и это наиболее вероятное предположение — он, весь дрожа, прибежит к сыщику. И вот уже Каорн умоляет одного из моих друзей спасти его от меня!
— Остроумнее некуда.
— Разумеется, псевдополицейский сначала отказывает в помощи. А тут — телеграмма Арсена Люпена. Барон в ужасе, он снова умоляет моего друга, предлагая ему большие деньги, лишь бы он позаботился о его спасении. Упомянутый друг соглашается, приводит двоих парней из нашей компании, и они ночью, пока за Каорном пристально следит его защитник, вытаскивают в окно ряд предметов и спускают их на веревках в маленькую лодочку, зафрахтованную на данный случай. Проще простого… как сам Люпен.
— И воистину великолепно, — воскликнул Ганимар, — дерзость самой идеи и изобретательность в деталях выше всяких похвал. Но я что-то не припомню достаточно знаменитого полицейского, чье имя было бы так притягательно и до такой степени воздействовало на барона.
— Есть такое имя, но только одно.
— Чье же?
— Имя знаменитейшего сыщика, личного врага Арсена Люпена, короче, это вы, инспектор Ганимар!
— Я?!
— Именно вы, Ганимар. И вся прелесть в том, что если вы отправитесь туда, а барон решится заговорить, то в конце концов вы поймете: ваш долг — арестовать самого себя, как вы арестовали меня в Америке. Ну как? Забавный реванш: я вынуждаю Ганимара арестовать самого себя!
Арсен Люпен смеялся от души. Несколько раздосадованный инспектор кусал губы. С его точки зрения, шутка не стоила такого взрыва веселья.
Появление надзирателя позволило Ганимару перевести дух. Тюремщик принес обед, который Арсен Люпен с особого разрешения заказывал в соседнем ресторане. Поставив поднос на стол, вошедший удалился. Арсен устроился поудобнее, разломил кусок хлеба, проглотил два-три кусочка и снова заговорил:
— Но будьте спокойны, мой дорогой Ганимар, вы туда не поедете. Я сейчас сообщу вам нечто для вас неожиданное: дело Каорна вот-вот закроют.
— Что-что?
— Дело скоро закроют, уверяю вас.
— Не может быть, я только что был у начальника полицейского управления.
— Ну и что? Неужели господину Дюдуи известно больше, чем мне, о том, что меня касается? Вы узнаете, что Ганимар — извините, пожалуйста, — псевдо-Ганимар сохранил прекрасные отношения с бароном. Последний, — и это основная причина, по которой он ничего не рассказал, — возложил на
сыщика очень деликатную миссию: провести со мной переговоры о сделке, и в данный момент вполне вероятно, что барон посредством определенной суммы вновь обрел свои дорогие безделушки. В обмен на это он заберет свою жалобу. Таким образом, кражи больше нет. Поэтому прокуратуре придется закрыть…
Ганимар с удивлением смотрел на заключенного.
— Но откуда вам это известно?
— Я только что получил телеграмму, которую ждал.
— Вы только что получили телеграмму?
— Только сейчас, дорогой друг. Из вежливости я не хотел читать ее в вашем присутствии. Но если вы позволите…
— Вы смеетесь надо мной, Люпен.
— Соблаговолите, мой добрый друг, тихонечко расколоть это яйцо в мешочек. Вы