Арсен Люпен. Джентльмен-грабитель стр. 81
указательном пальце. Был виден только ободок, камень – великолепный рубин – повернут внутрь.
Арсен Люпен покраснел – кольцо принадлежало Жоржу Девану – и горько улыбнулся.
– Вы правы. Что было, то будет всегда. Арсен Люпен может быть только Арсеном Люпеном, и между ним и вами не существует даже воспоминаний. Простите меня… Я должен был понять, что одно мое присутствие подле вас уже оскорбление.
Молодой человек, держа шляпу в руке, двинулся вдоль балюстрады. Нелли его обогнала. Ему так хотелось удержать ее, умолять. Но смелость отказала. Он следил за ней взглядом, как в тот далекий день, когда Нелли спускалась по сходням в Нью-Йорке. Она поднялась по ступенькам, которые вели к двери. На секунду ее гибкая фигурка мелькнула среди мраморных статуй вестибюля. Еще миг… и она исчезла.
Туча заслонила солнце. Арсен Люпен стоял, не сводя глаз со следов маленьких ножек на песке. Вдруг он вздрогнул. На плетеном стуле, на который опиралась Нелли, лежала бледная роза, которую он не решился у нее попросить. Тоже забытая, как и та? Забытая намеренно или по рассеянности?..
Арсен Люпен пылко схватил розу. А она осыпала свои лепестки. Он собирал их по одному, как святыни…
«Пойду, – подумал он. – Здесь мне делать нечего. Тем более если Эрлок Сломс вмешается, дело может стать опасным».
Парк опустел. Однако возле сторожки у ворот по-прежнему стояли жандармы. Арсен Люпен предпочел пройтись вдоль ограды, перелезть через нее и отправиться на вокзал самой короткой дорогой – по проселку через поле. Минут через десять, пройдя поле, Арсен свернул в узкий проход между двух откосов и, оказавшись там, увидел мужчину. Лет пятидесяти, высокий, гладко выбритый, в пальто явно заграничного вида, он шагал навстречу. В руке у мужчины была тяжелая трость, через плечо – сумка.
Подойдя поближе, с едва заметным английским акцентом он спросил:
– Простите, эта дорога ведет к замку?
– Да, следуйте по ней, месье, а у стены сверните налево. В замке вас ждут с нетерпением.
– Неужели?
– Да, мой друг, господин Деван, сообщил нам о вашем приезде вчера вечером.
– Тем хуже для господина Девана, если он так разговорчив.
– Я счастлив возможностью приветствовать вас первым. У Эрлока Сломса нет более пылкого поклонника, чем я.
Арсен Люпен сделал свое признание с оттенком иронии и тотчас же пожалел, потому что Эрлок Сломс оглядел его с головы до ног обволакивающим и вместе с тем пронизывающим взглядом, и этот взгляд показался Арсену Люпену самым совершенным фотоаппаратом, который снимает не только лицо, но и душу. «Снимок сделан, – отметил он про себя. – Смысла притворяться больше нет. Но… узнал ли он меня?»
Они уже поклонились, прощаясь. Но тут раздались конский топот и звяканье. На тропинке появились жандармы. Их было несколько. Пешеходам пришлось кинуться в высокую траву склона, чтобы пропустить их. Жандармы ехали на расстоянии друг от друга, так что на то, чтобы всем им проехать, понадобилось время. Люпен подумал: «Все зависит от того, узнал он меня или нет. Если узнал, вполне может воспользоваться представившейся возможностью. Неприятная ситуация».
Жандармы проехали. Эрлок Сломс поднялся и принялся молча отряхивать пыль со своего пальто. Ремень его сумки зацепился за колючий куст. Арсен Люпен освободил сумку. С секунду они снова смотрели друг на друга. Если было бы кому следить