Атлас Преисподней стр. 3
взирающий единственным, гротескно увеличенным глазом через множество линз, подобно наростам выдающихся сбоку лица. Магос состоял в свите Чевака с тех самых пор, как высший инквизитор совершил путешествие на искусственный мир Иянден. Ковен ксенаритов-диагностиков с Вулькретии предложил его услуги в дар человеку родственного духа. Мельхиор и впрямь оказался настоящим подарком для Чевака, помог ему во множестве технически-духовных проектов и разработал криогенный костюм жизнеобеспечения, который не только сохранял тело инквизитора, но и позволял двигать ветхими, почти лишенными мышц конечностями при помощи улавливающего мысленные импульсы элемента, встроенного в затылок.
— Он все бьется с Малчанковым, что молот с наковальней, — прогрохотал Мельхиор, — с этим монодоминантом, выходцем из ада. Нет, парень, высший инквизитор не потерпит, чтоб его прервали.
— Потерпит ради этого, — парировал дознаватель, показывая им инфопланшет.
Забрав у сестры Крессиды трость, он шагнул в конференционную.
К пронизанному антеннами сервитору был присоединен еще один нексомат, — вместе они походили на скованных цепью заключенных — посредством которого в словесной войне участвовал другой инквизитор. У этого дрона было ящикообразное туловище, ноги отсутствовали, и он был встроен в кресло, передвигавшееся на колесах и гусеницах. Его тело представляло собой множество ячеек, в которые нексомат то и дело втыкал вокс-кабели, вытаскивал и менял их местами. Половину его головы занимала колоколообразная оболочка, внутри которой на раме было закреплено вручную управляемое вокс-устройство.
— Вероятно, наш коллега из Ордо Еретикус предлагает, — затрещал голос из нексомата, — что перед тем, как мы разрешим вам привлечь дополнительные ресурсы, вы потратите определенное время в молитвах о покровительстве в этом деле. Я бы предложил святую Этельберг с Бона Фидии. Использование духовных технологий ксеносов, даже во имя и в интересах Бога-Императора, не должно приниматься легко, если вообще должно приниматься.
Гулкий, утихомиривающий голос великого магистра Эфисто Шпехта пробился через решетчатые динамики сервитора, перекрывая все споры и разговоры в помещении. Шпехт был амалатианином до мозга костей. Если бы не несколько радикальные взгляды Чевака, то явное старшинство давно бы сделало его великим магистром субсектора, и ему не пришлось бы спорить о деталях с консерваторами вроде Шпехта.
— Эфисто, неужели ты действительно думаешь, что этого бы хотел Император? — спросил Чевак и продолжил, не дожидаясь ответа. — Чтобы мы просто ждали, пока положение дел продолжает ухудшаться? Разве не должны мы делать все — все, что в нашей власти — чтобы ускорить его возвращение туда, где он должен быть, чтобы он вновь стал не только духовным, но и физическим лидером Империума и провел его сквозь эти неспокойные времена?
— Бог-Император уже показал нам, чего он хочет, — перебил Малчанков. — Великий крестовый поход был
его священным приказом завладеть галактикой во имя человечества. Он не торговал и не заключал союзы с ксеносами, подобно таким предателям веры, как ты, Чевак.
— Я не считаю мудрым спорить о том, что бы намеревался делать Его Благое Величество в подобных обстоятельствах, — прервал ругань великий магистр Шпехт.
— Эльдары — древняя раса, которая забыла о воскрешении путем перевоплощения и технологиях передачи души куда больше, чем человечество вообще когда-либо узнает… — настойчиво прохрипел Чевак.
— Ересь! — выкрикнул Малчанков.
— Конечно, когда об этом судят пуритане-анархисты, помешанные на собственной важности! — вскипел престарелый инквизитор и повернулся к распятому нексомату. — Ты — ведьмоубийца, проповедник тауматургицида, под твоей тиранией сгорели