Атомный экспресс стр. 103
теребили маленькое зеркальце. Она все чаще поднимала голову, глядя на меня, словно примеривала мое лицо к своим доводам.
– Все не так! – вдруг глухо произнесла она, исподлобья глядя на меня. – Все было не так, как ты думаешь!
Влад, сидя перед костром на корточках и помешивая ложкой кофе, с любопытством взглянул сначала на Лесю, а потом на меня:
– А разве ты еще и думаешь?
Это было не смешно. Как и все то, о чем я хотел сказать.
– Я ее не убивала, – произнесла Леся.
– Кого? – уточнил я. – Проводницу или Регину?
– Я никого не убивала! – теряя контроль над собой, громко сказала Леся и со
злостью швырнула в огонь зеркальце, которое судорожно сжимала в руках, словно хотела сжечь свое лицо.
Глава 24
Влад настороженно поглядывал то на меня, то на девушку. Он упустил момент, когда кофе вспенился, и немного напитка пролилось на угли. Мне нравился крепкий аромат подгоревшего кофе. Я втягивал носом ароматный дымок; он проявлял в памяти уютные воспоминания о Крыме, о доме, об Анне. Все это, с чем я расстался всего несколько дней назад, сейчас казалось оторванным от меня на годы и миллионы километров, и образовавшуюся в душе пустоту заполнила лживая и жестокая девчонка. Оттого мне было тяжело и гадко и пропала охота что-либо доказывать.
– Теперь, – произнес я, – когда я вырвал у тебя ядовитое жало, тобой можно подпоясать брюки, чтобы не свалились, а ты будешь только шипеть и дергать своей глупой головой.
Влад опустил голову ниже, делая вид, что всецело занят кофе. Моя неожиданная грубость напугала его; он не ожидал, что мое отношение к Лесе настолько конкретно и негативно.
Леся вскочила на ноги. Она в самом деле напоминала встревоженную змею. Неопределенность пугала ее больше, чем мои образные угрозы, и девушка уже не могла терпеть.
– Ну, скажи что-нибудь! – крикнула она, слепо двигая зрачками: сквозь костер она не видела меня. – Не изощряйся в красноречии! Скажи что-нибудь умное! Факты, доказательства! Слабо?
– Тебе, мокрушница, факты и доказательства предъявит следователь в СИЗО. Мне же достаточно сложившегося о тебе мнения. Если тебе интересно…
– Очень интересно! – не дала договорить Леся. – Я просто сгораю от нетерпения.
– Ты, малыш, грязная подстилка под ногами Филина. Он вытер о тебя ноги, когда думал, что умирает от лучевой болезни. А ты сейчас паясничаешь, кривляешься, защищая не столько себя, сколько его.
– Почему ты говоришь только про нее? – попытался смягчить мою категоричность Влад. – Филин на каждого из нас вылил по ведру помоев.
– Я говорю только про Лесю, – объяснил я другу, – потому что она была любовницей и сообщницей Филина.
– Никто это не сможет доказать, – спокойно ответила Леся. Она думала, что на этом мои доводы заканчиваются.
– Если бы я был следователем, – ответил я, – то этот вопрос беспокоил бы меня намного больше. Сейчас мне наплевать, доказуем этот факт или нет. Я просто рассказываю своему другу то, что было.
Я подошел к Владу, присел возле него на корточки и снял с углей кружку, в которой кофе уже давно перекипел.
– Именно Леся, а не Регина должна была подготовить вагон к захвату, – начал я, прохаживаясь с кружкой возле костра. Так лучше думалось. – За несколько дней до теракта она купила по какому-то липовому списку