Библиотека

Атомный экспресс стр. 40

Размер шрифта
-
+
Тема

последний. – Филин развернул билет негра. – Бунимас!

Мы все молчали. Даже Влад отказался от комментариев.

– Бунимас! – повторил Филин, поднял лицо и встретился взглядом с сержантом. Я краем глаза заметил, как тот прожестикулировал рукой.

Филин не стал выяснять причину самовольной отлучки Бунимаса и сунул его билет на место. Сержант подтолкнул меня к свободному окну, и я оказался рядом с Лесей. Справа от меня встала Мила. Крайним, перед сержантом, встал Влад. Теперь мы стояли у зашторенных окон, как приговоренные к расстрелу арестанты.

– Запомните каждый свое место, – сказал Филин. – По моему приказу вы должны немедленно встать у окон в таком порядке, в каком стоите

сейчас. А теперь каждый должен занять отдельное купе, включить в нем свет, опустить светозащитную штору и наполовину прикрыть дверь. От вас требуются только дисциплинированность и послушание, и большинству из вас я гарантирую жизнь… Агеева!

Филин кивком показал Регине на купе, в котором она должна была находиться. Ей досталось свое же место.

– Коливерда, в следующее!

Леся прошла в наше с Владом купе. Я занял пятое, до этого пустовавшее, предварительно прихватив с собой свою спортивную сумку. Мила прошла в четвертое. В коридоре вместе с незнакомцами остался только Влад. Сидя на диване у самой двери, я видел, как Филин рассматривает его со спины.

– Вам, к сожалению, некоторое время придется постоять у окна, – сказал он и подал знак сержанту. Тот подошел к Владу, вытаскивая из карманов маленькие черные наручники. Влад обернулся с опозданием, когда на его правом запястье уже щелкнул «браслет».

– Э, ребята! – Влад дернул пристегнутой к поручню рукой. – Мы так не договаривались! Я слишком тяжелый, чтобы ехать стоя!

Он повернулся к Филину и повел свободной рукой у его лица, словно погладил воздух. Этот жест чем-то напоминал загребающие движения борцов сумо, которыми они провоцируют противника на атаку. Влад как будто шутил, как будто играл, быстро приближаясь к той черте, за которой уже надо драться. Мне казалось, что Филин не придаст значения вроде бы безобидному возмущению Влада, но его лицо снова помертвело, как уже было при разговоре с Милой, и я понял, что так у Филина проявляется гнев.

Медленным движением Филин поднес к глазу Влада черный ствол «калашникова», его отливающее вороненой сталью дуло, словно учитель придвинул окуляр микроскопа к очам скептика, не верящего в клеточное строение растений. Передернул затвор, загнав патрон в патронник, и, опустив палец на спусковой крючок, тихо сказал:

– Вы создаете лишние проблемы. Это первое и последнее предупреждение.

Я представил себя на месте Влада, и мне стало больно от того, как сильный, упрямый и волевой человек в мгновение сломался и превратился в послушного великана. На его левом запястье щелкнул второй «браслет». Теперь Влад был пристегнут к поручням обеими руками. Он стоял лицом к зашторенному окну, высокий, крепкий, словно мачта фрегата, поддерживаемая с двух сторон стальными растяжками, и раскачивался в такт движения поезда. Он, как и я, ничего не мог сделать. Естественное желание не подчиниться и сохранить достоинство было легко подавлено тупым автоматным стволом, и против этого ствола существенным аргументом могло быть лишь более мощное оружие.

Бородатый шел по коридору и проверял, все ли окна в купе зашторены и включено ли освещение. Я придвинулся

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.