Атомщик. 1939 стр. 137
на ходу, пошел собираться и обсуждать наши насущные дела. — Давайте начнем с причин. Как вы думаете, почему так вышло, что мы не смогли вчера принять ни одну из выпущенных заводом трубок?
— Новые размеры, новые требования, люди не привыкли.
— Все верно, вот только разве это повод гнать брак? Вместо того, чтобы уточнить детали, они предпочли сделать кое-как.
— Не кое-как, просто у вас требования по приемке завышенные.
— Требования могут быть любые: пара лет, и от завода начнут требовать допуски не в пару микрон, как я сегодня, а в десятки раз меньше. И тут возникают два вопроса. Могут ли рабочие и станки их дать — раз. Могут ли ваши люди на проверке все отследить — два.
— Десятые доли микрона — это слишком мало, — инженер замотал головой. — Один, два микрона это максимум…
— Вернемся к моим трубкам, — оборвал я его оправдания. — Нужно отследить их толщину не в паре точек, а по всей длине. Проверить наличие окалин, следов масла, как снаружи, так и внутри. Опять же микротрещины…
С каждым моим словом инженер вздыхал, бледнел и, наконец, не выдержал:
— А зачем такие сложности?
— Представьте цилиндры в машины. Сделаем поршни для них чуть толще, и они застрянут. Чуть тоньше, начнут шататься, пойдут вибрации, и все тоже встанет.
— Но разве ваши цилиндры не будут стоять на месте?
— Формально да, но и количество энергии, что будет через них проходить, в миллионы раз больше. Точность конструкции критически важна. Любое пятно масла — это нарушение теплопроводности, любая трещина — опасность утечки нейтронов, которые могут как просто нарушить реакцию, так и кого-то убить. Понимаете?
— Вроде бы да, но… — Никита Семенович почесал нос. — Здесь и вам нужно понять нашу внутреннюю кухню. Количество людей в отделе контроля ограничено, мы должны проверить каждую деталь, что выпускает завод. Сто процентов проверки, сто процентов надежности, и это в свою очередь ограничивает время, которое мы можем потратить на поиски недостатков.
— Давайте пешком пройдемся, — я остановил инженера на трамвайной остановке и предложил не прерываться на утренние толпы. Тем более что пешком тут идти всего ничего.
— Да, конечно.
— Так вот, — мы протолкались сквозь подходящих со всех сторон людей, и я продолжил, — Вы ограничены временем, что в свою очередь ограничивает вас в технических средствах, что вы можете использовать. Но есть один современный подход, который поможет эту проблему решить на принципиальном уровне, причем даже с ростом качества.
— И как же?
— Система называется — статистический контроль качества. К сожалению, ее придумали не у нас, а в США на заводах Форда, но сама идея легко проверяется математически, так что и нам можно взять себе на вооружение.
— К сожалению, не слышал ничего об этом. Нет, слова понятны, но в чем суть?
— Начну сначала. Сколько времени сейчас получается выделить на контроль одной детали, того же моего цилиндра?
— Три минуты, мы проверяем толщину механически и…
— Детали пока не важны. Три минуты на деталь, триста минут на сто штук — уже приличное время долгой монотонной работы, где включается такой банальный фактор как усталость. Человек в принципе не может быть максимально сосредоточен столько времени подряд, соответственно, будет отвлекаться, будут ошибки. Чем дальше, тем больше. И мы по умолчанию уходим из