Авантюристка (ЛП) стр. 44
— Я испытала невероятный шок вплоть до окрашенных красным лаком ногтей пальцев ног. Как я могла забыть 15 минут славы? Минуты, подкосившие мою репутацию? Я отшатнулась, испытав чувство неловкости. Это было темное, очень темное время моей жизни.
— Не переживай, он рассказал мне о твоих....пристрастиях... — слово «пристрастия» сорвалось с её языка словно было палочкой-выручалочкой. Оно упало между нами, выкрикивая ужасное для меня продолжение... — о том, что ты лесбиянка, — произнесла она, улыбаясь, — ведь любая девушка, оттолкнувшая Калеба либо лесбиянка, либо сумасшедшая. Увидимся в субботу.
Вот черт.
Оцепенелая, я пошла обратно в свою комнату, рассматривая два варианта.
Первый. Калеб решил, что единственная причина, по которой я могла оттолкнуть его, заключалась в том, что я была лесбиянкой. Второй. Калеб говорил всем, что я лесбиянка, чтобы отомстить мне за то, что я унизила его отказом. В любом случае, я заполню воздух своей гетеросексуальностью, чтобы уничтожить эти сплетни.
ГЛАВА 7
ПрошлоеЯ везла мрачную Джессику в клинику субботним утром, как это и было запланировано. День был скучный, и она смотрела в окно большую часть поездки, делая случайные комментарии о магазинах, которые мы проезжали, и ресторане, в который её водил на свидание Калеб. Мне было интересно, способна ли она говорить о чем-либо,
кроме Калеба, когда она указала на рекламный щит «Calvin Klein» и сказала, что Калеб гораздо горячее, чем парень, рекламирующий нижнее белье. Я представила его в боксерах, вылезающего из бассейна, и испытала легкое головокружение. Он был именно таким. Грязным, отвратительным подонком.
Клиника была роскошной, определенно не из тех теневых мест, которые расположены на окраине города и известны во многом благодаря интернету. Вот так выглядит место, куда приходят богатенькие девочки, чтобы стереть следы своей неосмотрительности...В стиле Бока-Ратон.
Зал ожидания был набит малогабаритной мебелью и репродукциями картин. Я уселась за столик в самом дальнем углу и смотрела на кашпо из макраме, пока Джессика разговаривала с регистратором. После этого она села рядом со мной, чтобы заполнить кучу различных форм. Скрип ручки по бумаге был единственным звуком, раздававшимся в комнате. Прежде чем уйти вслед за медсестрой, она посмотрела на меня своими глазами-блюдцами и сказала...
— Думаешь, я поступаю правильно?
Мои брови подернулись. Я была всего лишь водителем. Я не хотела быть её совестью. Если я скажу ей «нет», то мы сразу же уберемся отсюда, ведь она ищет причину уйти, поэтому я сказала «да»... отлично... это сделало меня сообщником.
Я подумала о Калебе. Он поступит правильно и женится на ней, если она сохранит ребенка. Они, вероятно, разведутся в течение пяти лет. Распавшаяся семья, разбитые сердца...и я без него. Я с трудом сглотнула.
— Безусловно, да, — сказала я, кивая.
Она улыбнулась и схватила меня за руку.
— Спасибо тебе, Оливия, — сказа она, сжимая руку. Я мягко размяла свои пальцы и спрятала руку под сумочку.
Омойбог, омойбог, омойбог!
Она встала, чтобы уйти, а мне захотелось схватить её за руку и побежать в сторону машины. Что я здесь делаю? Я могла заставить её передумать! Она сделала шаг, второй... Момент для проявления доброты был упущен. Совесть больше не проявлялась. Медсестра провела Джессику через двойные двери, после чего она