Библиотека

Бабай стр. 86

Размер шрифта
-
+
Тема

окну и кивком указала на веранду, – Видел уже игровую палату?

Назар промолчал, только сильнее стиснул градусник под мышкой.

– Там столько всяких…

– Мне все равно, – перебил он ее, испытывая мерзкое шевеление внизу живота.

– Ну, конечно, тебе же отсюда ничего не видно, – сочувственно вздохнула белобрысая, – Очень жаль, там и правда интересно. Хочешь, расскажу?

– Нет, – он собирался ответить как можно равнодушнее, но голос все же подвел. Тонкие брови белобрысой тут же иронично поползли вверх: неужели, не может быть!

Ему действительно было наплевать на все игры в мире и на той веранде в частности – разве дело сейчас заключалось в них? Назар ощутил, как к глазам предательски подкатывают слезы. Но ему вдруг вспомнилась минувшая ночь, когда отец, выходя из детской, подмигнул: «Молодец, я горжусь тобой» – и слезы внезапно отхлынули, будто отброшенные внезапно выросшей плотиной. Он не станет реветь перед этой белобрысой, которая, видно, того и добивалась.

Назар даже рискнул перейти в наступление:

– Почему меня закрывают? – однако это было крайне неудачной мыслью, в чем он скоро убедился.

– Так положено, – отозвалась та вполне дружелюбно. Назар даже глянул на нее удивленно, словно ожидал увидеть на месте белобрысой кого-то другого. – Изолятор, хотя и относится к нашему отделению, но стоит, как видишь,

за его пределами. И его нужно закрывать потому… – на улыбающемся миловидном лице медсестры вновь появилась уже знакомая Назару брезгливая гримаса, – Чтобы заразные дети никуда не расхаживали без разрешения. Заразные – ты меня понимаешь?

Несколько секунд она пристально смотрела на него, улыбаясь с тем же выражением: «Ты меня понимаешь, маленький ублюдок, заразные дети! Как ТЫ! Вот то-то…»

Восемь лет все еще возраст открытий – Назар сделал следующее и уже не первое важное открытие за последние дни: некоторые взрослые, оставаясь наедине с детьми, снимают маски и превращаются в монстров с холодными глазами. Главное, чтобы в тот момент их никто не видел – кроме одного, того самого ребенка, перед которым они снимают маску – и это другая, не менее важная вещь, иначе остальное теряет для них всяческий смысл. Если бы в изоляторе находился кто-то третий, белобрысая только измерила бы ему температуру и ушла, ничего больше. И все – из-за третьего.

Эти Шутливые Оборотни заходят сначала издалека: что-нибудь говорят, делают или задают различные безобидные вопросы и внимательно наблюдают за реакцией – они используют все это, как самураи – невидимых разведчиков-ниндзя, чтобы подкрасться поближе и отыскать слабое место в обороне. А затем переходят в наступление. Потому что им доставляет удовольствие делать больно и наблюдать исподтишка, что из этого получится. Им нравиться, к примеру, указать на веранду за окном с веселящимися детьми и тут же наглядно объяснить своему ребенку – что такое заразные дети. А потом снова улыбнуться, будто отличной шутке.

Новое открытие было воспринято скорее чувствами, нежели осознанно. Оно запечатлелось в душе Назара за ничтожную долю секунды, никак не успев отразиться на его лице.

– А еще, – продолжила белобрысая, – чтобы в изолятор не проник кто-нибудь посторонний. Например… знаешь, о ком я говорю? О Фред-ди Крюгере. Слышал о Фред-ди-и?

Назар смотрел пару фильмов, но решил не отвечать… и внезапно поймал себя на том, что медленно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.