Багровый пик стр. 113
готовиться к войне с ними.
– Ты посмотри на этот шторм, – сказал он, задыхаясь. – Видишь? Успели как раз вовремя. Через несколько дней мы вообще не сможем выйти из дома.
Эта мысль ей совсем не понравилась. Меньше всего на свете она хотела оказаться запертой в Доме.
Услышав этот разговор, к ним подошел человек, отвечавший за погрузку.
– Шторм усиливается. Я предлагаю вам переждать здесь ночь, ваше сиятельство. Внизу у нас есть небольшая комнатка.
Томас посмотрел на Эдит, которая с удовольствием согласилась. Она готова была согласиться на все, что угодно, только бы не ехать в такую непогоду.
И не возвращаться в Дом.
#
Как и сказал стивидор, комната действительно оказалась крохотной, но теплой и уютной. Постель в ней была закрыта скромным покрывалом, а в жаровне весело потрескивал огонь. Эдит эта комната показалась самой лучшей из всех, в которых ей приходилось бывать, лучше даже, чем номера в роскошных отелях, в которых они останавливались в Лондоне.
Теперь они лежали на постели, все еще одетые, и она немного смущалась, думая о том, как будет готовиться ко сну. Ведь они так еще и не были вместе.
Управляющий почтой принес им чай, немного бульона и хлеб, и все это проголодавшаяся Эдит уничтожила практически мгновенно. Предполагая, что на обратном пути ей придется развлекаться самой, в то время как Томас будет занят своими железками, девушка захватила в дорогу свою рукопись. Томас заметил ее и попросил почитать. Эдит была польщена и немного сконфужена. Наличие в рукописи призрака только укрепит мужа во мнении, что она выдумала пугающее посещение ее призраком умершей матери. Но он настаивал на своем желании прочитать новые главы и начал вслух:
– Дом, такой старый, как этот, со временем превращается в живое существо. Вместо костей у него стропила, а окна вместо глаз. И вот пока он стоит в полном одиночестве, он вполне может сойти с ума. Он начинает держаться за своих жителей, стараясь сохранить их даже после их смерти, пряча их в своих стенах. Пряча такие вещи, как воспоминания, эмоции, людей. – Немного помолчав, Томас продолжил: – Некоторые из них могут быть хорошими, некоторые плохими… а некоторые… такими, что о них не стоит упоминать.
Он поцеловал жену в лоб.
– Это совсем неплохо. Я рад, что ты продолжаешь работать над этим. А этот персонаж, «Кавендиш» – твой главный герой, – у него разве не бывает страхов или сомнений?
– Конечно, бывают. Он такой же, как и все, – ответила Эдит, прямо посмотрев на мужа.
– Мне он нравится. Знаешь, в нем есть какая-то загадочность. Но в конце у него все будет в порядке?
– Это все зависит только от него, – пожала Эдит плечами.
– Что ты имеешь в виду? – озадаченно улыбнулся Томас.
– Когда пишешь, то твои собственные герои с тобой разговаривают, меняются, делают свой выбор, – ответила она.
– Выбор, – как эхо, повторил Томас.
– Кем они станут в дальнейшем.
Муж замолчал, а потом обвел рукой комнату.
– Должен признаться, что она очень скромная. Но здесь, по крайней мере, тепло.
Эдит подвинулась ближе, надеясь преодолеть отчуждение.
– Мне она нравится гораздо больше.
– Больше, чем что?
– Чем Дом, – он должен понимать, что она имеет в виду.
Подумав минуту, Томас рассмеялся. Его заботы испарились, и он выглядел совсем