Багровый пик стр. 89
задержать ее в ванной. Ничто не указывало на то, какие части Дома могут быть «небезопасными», как сказала Люсиль, и не хотелось бы, чтобы щенок провалился сквозь прогнившие доски пола или потерялся в анфиладе заброшенных комнат.
Секунды бежали, но собака все не возвращалась. Прошла, наверное, целая минута. Волнение Эдит усилилось. Она наполовину приподнялась из воды, абсолютно уверенная, что в спальне кто-то есть. Кто-то, кому давно уже пора было назваться.
Что-то не так, подумала она. Это очень странно.И опять ей в голову пришло воспоминание о женщине в лифте – ее тело покрылось гусиной кожей, даже
та его часть, которая находилась в горячей воде. В комнату вбежал щенок. На этот раз он был без своей игрушки, но все равно гордо уселся, ожидая похвалы.
– Собачка? Ну подойди же, глупая. А где мячик? – позвала она его. Но он просто весело смотрел на нее.
А потом она услышала глухой шум.
В ванную вкатился подпрыгивающий мячик.
Вкатился сам по себе.
#
Оно наблюдало.Скрытая тенью, по спальне ходила худощавая фигура. Темная, призрачная, странно двигающаяся, хватающаяся за воздух длинными костистыми руками, как слепой попрошайка. Все ее движения были нечеткими и отрывистыми. Фигура спотыкалась и неестественно останавливалась, как будто принадлежала другому времени и месту.
Невинная новобрачная, как Венера из пены, поднялась из ванны и потянулась за очками. Неловкая от страха, она тут же их уронила. Очки ударились о плитку, но, по счастью, не разбились.
Фигура в спальне дернулась. А потом, привлеченная звуком, почти застенчиво высунулась из-за угла и открыла раздвигающуюся дверь.
Увидят ли они друг друга?
Новобрачной наконец удалось нащупать свои запотевшие, мокрые очки, и она поспешно завела их дужки за уши. Когда конденсат слегка очистился, она вышла из ванны и закуталась в халат.
Наполовину спрятанная фигура увидела, как Эдит подходит все ближе, и пригнулась.
И, тем не менее, она ее обязательно увидит.
Но почему? Ведь другие ее не видели?
Не видели.
Ей всегда удавалось ускользнуть.
Поэтому, когда молодая женщина вошла в комнату, та была пуста до тех пор, пока в ней не появился ее муж с подносом в руках.
– Люсиль приготовила тебе чай, – произнес он с улыбкой, а потом пристально посмотрел на Эдит. – С тобой все в порядке? Ты очень побледнела.
Она ничего не стала ему говорить. Ни в чем не призналась. В конце концов, хоть она его и любила, но знала еще недостаточно хорошо.
Ей еще предстояло многое себе доказать.
И о многом узнать.
#
Медленный, тягучий, монотонный, набегающий волнами шорох.
Залитые голубым лунным светом сухие листья перекатываются по галереям и переходам, шторы на окнах шевелятся. Скрипы и стоны, тени и отражения.
Под снегом, на фоне холмов, возвышается на пустоши Аллердейл Холл, хранящий в себе Тьму.
#
Счастливая Эдит успокоилась, оказавшись в постели. Вокруг нее суетился Томас – поправлял огонь в камине и подносил ей чай в изысканной чашке, которая подтверждала, что Шарпы знавали лучшие времена. Потом она сделала глоток, и чай показался ей довольно горьким. Томас с удивлением приподнял бровь, увидев ее гримасу, и Эдит стало стыдно за то, что она его разочаровала.
– Тебе не нравится? – спросил баронет.
– А что это? – в Лондоне они никогда