Бальдр и Тёмный бог стр. 41
осуждать своего мужа, — я взял руку Маргрет и поднёс к губам.
— Но ведь ты мне не муж.
Я выпрямился и поглядел ей в глаза:
— Маргрет, я всё делаю, чтобы это было так.
Маргрет поджала губы, по щеке её скатилась слеза. Я резким движением подхватил её на руки и внёс в дом, положил на постель. Я раздел её и вошёл: как и прежде нетерпеливо и жадно. Маргрет обняла меня за плечи и застонала.
Стена, к которой примыкало ложе, затряслась: стук-стук-стук. Голод гнал меня, а пустота пугала. Нежность рук, тепло губ, близость груди, шёлк девичьей кожи. Стук-стук-стук. Ещё миг, и мир перевернулся бы вновь, потому что я был с ней. Но я вдруг застыл.
— Бальдр? — взволнованно произнесла Маргрет. — Что с тобой?
Я поглядел ей в глаза и потерялся в их глубине. Её глаза наполняли меня светом и согревали теплом.
— Ничего, — прошептал я. — Не хочу спешить.
Я упал на спину и потянул Маргрет на себя. Она засмущалась, милая моя Маргрет.
— Не бойся, ведь ты королева, богиня.
Маргрет качнулась, сжала меня бёдрами, упёрла в грудь руки. Волосы её бежали по плечам и спине. Стук. Стук-стук. Я приподнялся и поцеловал её. Стук-стук.
— Баль…
— Маргрет…
Наши тела наполнило блаженство, сердца стучали, как одно. Наши пальцы сплелись, мы стали едины. Я больше не чувствовал пустоты, я был напоен любовью.
Маргрет вскрикнула, и я тоже вскрикнул. Она опустилась на меня, дрожала. Я накрыл её одеялом и обнял.
— Я хочу, чтобы ты родила мне много детей, Маргрет. Но первым хочу сына.
— Я рожу тебе сына, — ответила она, улыбаясь и целуя меня.
Лейф пошевелился под боком, и я очнулся от воспоминаний. Мальчик спал и вздрагивал во сне от прохлады пещеры. Я вытащил из-под себя плащ и укрыл его.
«Она родила его не мне…»
8
Чёрные птицы
— Уже утро, вставай, дядя Бальдр, — произнёс Лейф.
Я открыл глаза и пошевелился.
— Я пойду с тобой до святилища, а обратно вернусь с Бьёрном и Годи, — проворчал парень, шурша камнями у входа.
Горячка перестала меня мучить, я чувствовал себя помятым, но вполне здоровым. Я сел, придерживая больной бок, размял шею.
— Может, лучше тебе пойти назад прямо сейчас? — холодно ответил я.
— Я иду к матери, — Лейф принялся решительно убирать с прохода валуны.
Он упорно пыхтел, но камни не поддавались. Я глотнул мёда, наблюдая за бесполезной вознёй мальчика в густом полумраке, и застегнул ремень с ножнами.
Камень, лежавший сверху прохода с глухим ударом упал на землю: Лейфу удалось-таки его сдвинуть. Я услышал всхлип и писк.
— Что с тобой? Поранился? — заволновался я.
— Боо-льно, — заскулил Лейф, — очень больно!
Я вскочил и в темноте пещеры нащупал мальчика. Он сидел на земле, а нога его была придавлена камнем. Я вляпался во что-то мокрое и тёплое. Кровь, кажется.
— Ай-ай-ай! — завопил Лейф. — Как больно! Моя нога!
— Сейчас, подожди, малыш. Я вытащу тебя.
Я осторожно приподнял камень, опершись телом на свод пещеры, и рывком скинул его с ноги Лейфа. Валун был тяжёл — освободившись от его груза, я отлетел к проходу и зацепил рукой небольшой камень. Его острый край вспорол кожу от локтя до запястья. Теперь мы с Лейфом оба были в крови.
Я