Бальдр и Тёмный бог стр. 80
знать наверняка. Для меня это важно.
— Поклянись, что сохранишь тайну.
— Клянусь!
— Отец Лейфа — ты.
Я улыбнулся и часто задышал.
— Маргрет! — Я обнял её и сжал так крепко, сколько было сил. — Я счастлив!
Лицо Маргрет сделалось строгим, она замотала головой.
— Баль, это тайна всех тайн. Никому не говори, и Лейфу тоже! Он — сын Хёрда. Его наследник.
На крыльце раздались тяжёлые шаги Годи. Я недовольно проскрипел зубами. Мне было очень сложно принять, что я не мог назвать своего сына своим.
— Ты поклялся, — сказала Маргрет, отстраняясь от моих рук.
Лейф влетел в комнату, а следом за ним вошёл Годи. У него в руках было блюдо с печёной рыбой. Увидев меня, обнимающего жену конунга, взгляд воина сделался суров. Я выпустил Маргрет.
— Бессмертный Бальдр! — воскликнул Годи, поставив рыбу на стол. — Голоден должно быть? Садись есть!
Маргрет встала от меня и расставила миски. Мы расселись на скамьи вокруг небольшого деревянного стола, поверхность которого была тёмной от времени.
Рыба источала невозможно вкусный запах, живот заурчал. Я отломил кусок и положил на язык. Сочное жирное мясо таяло во рту.
— Я обещал тебе, что мы выпьем, Бальдр, — сказал Годи. — Смотри, что я принёс! — воин достал флягу и протянул мне.
— Верно, обещал, — проглотил я пищу и снял крышку.
Хвойный запах приятно кольнул нос. Я сделал глоток. Вяжущая прохлада опустилась в желудок. Я вернул флягу Годи и отломил ещё кусок рыбы.
Я заметил, что Лейф возит ножом по блюду, но ничего не ест, и вложил свой кусок ему в руку.
— Жуй, пока я здесь хоть что-то оставил, — сказал я. — Ничего вкуснее не ел!
— Да уж, могу представить, — усмехнулся Годи. — После того, как Маргрет столько дней поила тебя всякой дрянью, даже тощая селедка покажется пищей богов!
— Думаю, я вылечила тебя, — произнесла Маргрет.
— Вылечила?
— Покой сделал своё дело, — кивнула она. — Твои раны затягиваются.
— И даже та, которой десять лет? — я схватился за рёбра, нажал на рану, но не почувствовал прежней боли: бок лишь слегка заныл от прикосновения.
— Даже она, — улыбнулась Маргрет, и глаза её довольно засеребрились.
Она положила мне на бедро ладонь, пряча от сына порыв. Я улыбнулся и оглядел всех за столом. Годи жевал, наклонившись над столом, чтобы не испачкаться в стекающем по пальцам рыбьем масле. Лейф, лениво дожёвывая кусок, поглядел на меня:
— Тогда и флягу мне дай, дядя! — протянул он руку.
— А флягу дам, когда будешь учтивей, — отрезал я.
Лейф фыркнул. Ни Маргрет, ни Годи не вмешались.
Мы пировали рыбой и хвойной настойкой. За стенами хижины разносился шум реки, напомнивший мне о том, что время не стоит на месте.
В прошлой жизни, сидя вот так с женщиной и другом, я бы предался безмятежному счастью и забылся. Но теперь мои мысли занимала тревога о том, удалось ли Йорунн спастись от Хассера и не ступила ли она уже в царство Хель…
Наступала очередная ночь, которая приближала мою встречу с тёмный богом. Я должен был дать бой, но пока ещё не знал, как мне, потерявшему меч, сражаться с бессмертным.
Спать мы улеглись все на один топчан. Я разместился у стены, рядом со мной легла Маргрет, а дальше Лейф, зажатый Годи с другого