Баллада о драконе стр. 2
разделился. На этот раз следовало свернуть вправо. Чем заканчивается это ответвление, рассмотреть не представлялось возможным. Склоны его густо поросли плакучими ивами, и ветки их, опустившиеся чуть ли не до земли, закрывали обзор.
Еще одна удача!
Под прикрытием веток бард бросился вверх по склону. Он знал, что от этого рывка зависит все, и работал ногами из последних сил. Преодолев подъем, он остановился и почти без чувств привалился к стволу ближайшего дерева. Вот теперь следовало отдышаться и оглядеться.
Минуты через три стало понятно, что преследователи его след потеряли. Судя по доносившимся из оврага звукам, они все еще бегали по его дну, искали добычу в одном из ответвлений. Самое время уйти.
Лютик осторожно сделал шаг назад и прислушался. Отошел еще немного и вновь замер.
Похоже, его маневры остались незамеченными.
Приободрившись, поэт развернулся и, стараясь ступать как можно тише, двинулся прочь.
Из оврага доносилось:
– А ведь добыча ускользнула! И все из-за тебя, мохнорылый осел!
– Да что б тебя…! Сам такой, петух гамбургский!
Лютик улыбнулся.
Сочно ругаются. Если задержаться, наверняка можно услышать и не такое. Только стоит ли рисковать? Отдохнуть бы, привести одежду в порядок, да заморить червячка.
На дорогу он выйти не решился. Побрел лесом, стараясь не потерять ее из вида, не заблудиться. К
вечеру ему встретился Райдо.
2
Место для отдыха выбрали в сухой ложбине между холмами. Там костер с дороги был совершенно не виден.
Они сидели у огня рядом. Райдо жарил на вертеле тушку зайца. Вполголоса чертыхаясь, Лютик пытался зашить дыру в камзоле. Получалось вкривь и вкось.
– Неважно шьешь, – взглянув на его работу, улыбнулся Райдо. – Опыта явно маловато.
Черты лица у него были грубые, невыразительные, но даже мимолетная улыбка изменила их, словно бы высветила. Стало видно, что новый знакомец поэта на самом деле не стар. Вот лицо его вновь посуровело. В углах рта пролегли резкие морщины, добавили лет пятнадцать.
– Это у меня маловато? – проворчал Лютик. – Да я на своем веку зашил прорех не меньше иной портнихи. Света от костра не хватает. Будь он больше, уж я…
– Плохому танцору знаешь, что мешает?
– Плохому? – хмыкнул поэт. – Да ты видел, как я танцую? Никто так не умеет.
– У каждого своя работа, – напомнил Райдо. – Ты поешь и танцуешь, а я помогаю мастерить оружие,
Он кивнул на большой арбалет, лежавший в пределах досягаемости руки.
– Здесь, в лесу? – фыркнул Лютик.
– Нет, конечно. Иду в вольный город Джакс. Для искусного подмастерья кое-какая работенка там обязательно найдется. Уверен.
Выглядел подмастерье и в самом деле справно. Широкоплечий и явно очень сильный. Он и двигался, как положено рабочему или военному человеку, ловко, уверенно. Меча, кстати, при нем не было. На поясе висел лишь обычный нож, без которого любому в дороге просто беда. Значит, и в самом деле – подмастерье.
– А почему не постоянная работа? – спросил поэт. – Я думаю, тебя любой мастер к себе возьмет.
– Да только я не пойду, – ответил Райдо. – Не могу сидеть на одном месте. Вот и имя у меня… матушка как чувствовала. Знаешь такую руну?
– Конечно. Значит, так всю жизнь и рассчитываешь бродить от города к городу?
– А ты?
Вопрос застал Лютика врасплох. Он хмыкнул, почесал в затылке. Искоса