Библиотека

Бамбочада стр. 28

Размер шрифта
-
+
Тема

всегда с Евгением, чтобы свою жизнь слить с его жизнью. От туркестанского яда ее руки и ноги превращались в палочки. Несмотря ни на что, Ларенька любила Евгения.

Вечером жених и невеста встретились, как было условлено, у Керепетина, пили вино и по-семейному играли в карты.

Окончив игру, втроем они вышли.

Василий Васильевич ехал в это время в трамвае. Против него сидел большеголовый, с редкими волосами, серощекий, толстоносый, с огромными ноздрями и величайшим ртом человек. Шляпа на нем была черная фетровая с порыжевшей лентой. Воротничок отложной, крахмальный; пальто пожелтевшее, с зеленоватым меховым воротничком. Василий Васильевич прыснул, увидев такую смешную фигуру. Из вежливости отвернулся и стал глядеть в окно. «Несомненно это гробовщик!» Василию Васильевичу представилась картина:

Брусницын, один из яичных торговцев, умирает. Гробовщик Авениров, с поднятым воротником, условившись с прислугой, ходит от фонаря до фонаря перед домом; он ждет, когда горничная в одном платьице выбежит и сообщит ему о кончине хозяина.

Авениров ходит, ходит, а Брусницын все не умирает.

В это время появляется другой гробовщик и подходит к первому.

«Что вы здесь поделываете, Келестин Иванович?» «Гм… гуляю».

«Гуляете? И я с вами погуляю!»

От фонаря до фонаря гробовщики принялись прогуливаться вместе.

Авениров ходит-ходит, остановится и посмотрит на конкурента.

Уткнется в воротник, молчит.

Выбегает девушка в наколке и передничке:

«Барин скончался…» – и скрывается.

Келестин Степанович и его конкурент бегут вместе по лестнице.

Позвонил Келестин Степанович.

Приняли они оба солидный вид и вдруг, перебивая друг друга, сообщили плачущей Кирилле Ивановне, что они гробовщики. Вдова растерялась.

«Вас двое… Я не знаю… делайте как знаете».

Заплакала.

Авениров, вне себя, кричит, подступая энергично к вдове: «Я всегда всех Брусницыных хоронил; вы ему не должны отдавать предпочтение!» И отталкивает нахала.

Василий Васильевич Ермилов не помнил, где и когда он слышал этот рассказ. Может быть, он даже прочел его где-нибудь, в каком-нибудь юмористическом журнале девятисотых годов. Но сегодня он решил рассказать его в доме Пуншевича, причем пусть этот сидящий напротив оригинал и окажется гробовщиком Авенировым.

Так как Василий Васильевич привык рассказывать сериями, то он вспомнил действительный случай и мысленно повторил его.

Один студент во время безработицы становится агентом по собиранию реклам и объявлений для журнала, посвященного творчеству национальностей.

Раз, собирая объявления, юноша входит в бюро похоронных процессий «Вечность». Недалеко от Сухаревки, входя в помещение, юноша слышит слова фривольного романса и постукивание молоточка.

Обивавший гроб татарским дешевым кружевом вскакивает, встает за стойку, сложив ладони, делает печальное лицо и спрашивает студента:

«По скорбному делу быть изволите?»

Молодой человек умел собирать объявления.

У гробовщика на секунду лицо зажглось.

«Хорошо бы на каждой странице ленточкой: „Похоронное бюро «Вечность“.

«Только денег у нас немного, даже красный выезд продать пришлось; мы инвалиды, а прежде мы с братом служили у Александрова. Может быть, помните? Может быть, родственнички пользовались?»

Старик вопросительно смотрит на студента.

Показывается пустой катафалк на улице, слетает факельщик с дрог, весь в белом, и кричит хозяину:

«Что же ты наделал, подлец? Обмерился! Я ей в голову – ноги не лезут; я ей в ноги – крышка не закрывается. Руби подставку для поджилок, сейчас выносить будут».

Схватывает факельщик подставку, взлетает на дроги и погоняет лошадь.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.