Банда 7 стр. 194
— Нажми белую кнопку — мы тоже хотим слышать! — сказал Халандовский. Худолей послушно нажал белую кнопку.
— Да, — сказал он в трубку. — Слушаю.
— Валя! — услышали все взволнованный девичий голос. — Это Света! Валя, я звоню из Шереметьево! Мы приземлились полчаса назад! Я в Шереметьево! Ты слышишь меня?
— Слышу, — из последних сил проговорил Худолей.
— Я вырвалась! Меня наши ребята привезли контрабандой, представляешь?! Летчики! Переодели стюардессой и провели на борт! Я прилетела без документов!
— А почему... Почему они пошли на это?
— Потому что я красивая! Ты что, не знал?!
— Догадывался.
— Встречай утренний поезд! Вагона не знаю, билета у меня еще нет, но я приезжаю утренним
поездом! Ты меня узнаешь?!
— Постараюсь...
— О трехкомнатной квартире ты не трепался?
— Нет...
— Все, заканчиваем! Это ребята одолжили мне свой мобильник! Завтра буду! Жди!
Худолей положил трубку и, не оборачиваясь к остальным, отодвинул штору, открыл дверь и вышел на балкон. Не мог он сейчас ни с кем разговаривать, не мог ни на кого смотреть.
За столом стояла полная тишина.
Андрей и Автор в упор молча смотрели друг на друга.
— Да, Андрей, да, — проговорил Автор.
— Что... да?
— На улице дождь... Теплый ночной весенний дождь. Тебе когда-нибудь приходилось бывать под теплым ночным весенним дождем?
— Если вы Автор, то должны знать, когда это было... И с кем.
— Все повторяется...
— Не все.
— Все повторяется, Андрей. Ты сейчас идешь в прихожую, одеваешься, спускаешься на первый этаж, выходишь на крыльцо. У подъезда мокрая деревянная скамейка. Рядом мотоцикл. На переднем сиденье девушка. Ты ее знаешь. У нее светло-рыжие волосы, чуть припухшие губы... Разве ты не слышал шум подъезжающего мотоцикла?
— Этого не может быть, — мертвым голосом сказал Андрей.
— Кстати, шрам на груди у нее остался.
— Но так не бывает! — закричал Андрей, не выдержав напряжения. — Так никогда ни с кем не бывает!
— Забываешь, с кем говоришь. Иди, Андрей. Она знает, что ты должен подойти. Она уже продрогла.
Андрей вскочил, в прихожей на ходу сорвал с крючка куртку и, не надевая ее, бросился вниз по лестнице.
— Он умрет, если там никого не окажется, — с укоризной сказал Халандовский.
— Они уже вместе, — ответил Автор.
— И это вам... позволено?
— Нам многое позволено, если осторожно пользоваться своими возможностями. Кстати, Аркаша... Ты заглядывал сегодня в почтовый ящик?
— Да.
— Нет, ты не заглядывал сегодня в почтовый ящик.
— Но я...
— Ты все-таки загляни в почтовый ящик... Сейчас.
— Ну, если вы настаиваете...
Халандовский вернулся через несколько минут с большим конвертом в руках. Он посмотрел на всех с таким выражением, будто не знал, как ему быть дальше.
— Вскрывай, Аркаша, — сказал Пафнутьев. — Такой уж сегодня вечер. Мы все должны узнать друг о друге нечто важное.
— Это из суда, — сказал Халандовский.
— Вскрывай, — повторил Пафнутьев.
Вынув из коричневатого конверта белый сложенный вдвое лист бумаги, Халандовский развернул его, вчитался, пробежал глазами по строчкам, еще раз вчитался в первые строки, в заключительные и обессиленно опустился на диван.
— Но ведь я уже получил отказ! Меня послали все, кто только мог послать! — Халандовский непонимающе снова уставился на конверт.
— Жизнь бесконечна в своих проявлениях, — спокойно ответил Автор.
— Ребята, вы знаете торговый центр возле вокзала?! — вскричал Халандовский. — Теперь это мой торговый центр! Заходите! Всегда вас жду! Заходите с друзьями