Библиотека

Барраяр стр. 191

Размер шрифта
-
+
Тема

Вот так, пусть доктор посмотрит.

— Вы что, не могли как следует… запереть эту ужасную лошадь? — возмущенно спросила Корделия у свекра.

— И вовсе она не ужасная, — запротестовал Майлз, поднимаясь на ноги. — Она самая красивая.

— Вот как? — спросил граф напрямую. — А с чего ты это взял? Из-за коричневой масти?

— Потому что она лучше всех скачет, — с энтузиазмом объяснил Майлз, подпрыгивая на месте в попытках изобразить, как именно скачет лошадь.

Вот тут он завладел вниманием деда целиком. — Именно так, — озадаченно подтвердил граф. — Он у меня будущий фаворит на выездку… А тебе нравятся лошади?

— Они классные. Они чудесные. — Майлз извернулся.

— А твоего отца я так и не смог ими заинтересовать. — Во взгляде графа, брошенном на Эйрела, читалась обида за сыновью неблагодарность.

«И слава богу», подумала Корделия.

— Спорим, на лошади я буду ехать так же быстро, как все, — предложил Майлз.

— Сомневаюсь, — заметил Петр холодно, — если судить по тому, что мы только что видели. Если ты собираешься заняться верховой ездой, ты должен делать это правильно.

— Научи меня, — предложил Майлз немедленно.

Брови графа полезли на лоб. Он глянул на Корделию и кисло улыбнулся. — Если твоя мать разрешит. — И отвернулся, самодовольно чувствуя себя в полной безопасности, поскольку знал, что за глубокую нелюбовь испытывает Корделия к этим зверюгам.

Корделия

прикусила язык, едва не выпалив «Только через мой труп!», и принялась стремительно соображать. Эйрел сверлил ее взглядом, подсказывая что-то, но что именно. Неужели это новое покушение Петра на жизнь ее сына? Граф хочет, чтобы ее мальчика растоптали, задавили, чтобы он разбился… или вымотался? А это мысль…

Риск или безопасность? Последние несколько месяцев, с того самого момента, как Майлзу стала доступна вся роскошь передвижения, Корделия жила в постоянной изматывающей панике. Она изо всех сил пыталась уберечь сына от травм, а он все время тратил на отчаянные попытки сбежать из-под ее надзора. Если они и дальше будут так воевать, скоро или она свихнется, или он.

Если она не может держать его в вате, может, приемлемой альтернативой будет научить его справляться с жизненными опасностями? Например, плавает он уже как рыба. Огромные серые глаза глядели на нее с отчаянной, безмолвной мольбой: «Разреши, разреши, разреши…» Интенсивности этого излучения хватило бы, чтобы проплавить сталь.

«Я могу драться за тебя со всем миром, но будь я проклята, если знаю, как спасти тебя от самого себя». Давай, малыш.

— Разрешаю, — согласилась она, — если с тобой рядом будет сержант.

Ботари стрельнул в нее взглядом, в котором ужас смешался с упреком. Эйрел потирал подбородок, его глаза сияли. Граф был совершенно ошарашен — он и не предполагал, что в ответ на свой блеф услышит «да».

— Здорово! — обрадовался Майлз. — А можно у меня будет своя лошадь? А можно вот эта?

— Только не эта! — с негодованием среагировал граф. Потом глубоко вздохнул и добавил. — Может, пони?

— Лошадь, — настаивал Майлз, внимательно наблюдая за лицом деда.

Корделия узнала Режим Молниеносного Натиска — насколько она могла судить, он включался у Майлза инстинктивно при малейшей уступке оппонента. Малыш мог бы выбивать контрибуцию по мирному договору из цетагандийцев. Интересно, сколько лошадей он бы, в конце концов, выторговал сейчас?

— Пони, — вмешалась она, приходя на помощь графу, который еще не осознал, как

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.